Ева потеряла всякое опасение перед этим пиром тлена и во всю жала на кнопку фотомага, стараясь наиболее правдиво запечатлеть атмосферу былого величия и нынешнее запустение. Сквозь проваленную крышу виднелось небо и ветки деревьев, на которых сидели вороны и с интересом наблюдали за вторжением на их территорию.
Внезапно одна из птиц громко и противно каркнула, тяжело и шумно взлетела с насиженного места. Ева вздрогнула, увлёкшись она забыла обо всём и громкий звук её немного испугал. Она поёжилась — вдруг показалось, что стало как-то влажно и прохладно, словно в погребе.
— Здесь была малая гостиная, — кто-то любезно подсказал, что было в этом месте дома.
Этот кто-то представлял из себя некий клочок тумана, который то уплотнялся, являя размытые очертания не то человека, не то другого разумного, то снова распылялся на водяную, сверкающую на солнце, пыль.
“Броуновское движение” — пришло в голову Елене Владимировне блеснуть знаниями физики, глядя на перемещение капель в воздухе. По-хорошему, как воспитанной девице ей бы полагалось громко завизжать на весь парк и упасть в обморок, желательно на руки влюблённому рыцарю. Но проблема была в том, что рыцаря не было в заводе, а Елена Владимировна была не юная барышня, а циничная дама, к тому же эмоциональный тормоз. Именно по этому она вместо визга язвительно сказала:
— Воспитанные мужчины сначала здороваются!
Голос принадлежал вроде бы мужчине, значит и приведение — мужчина. Впрочем, спустя пару секунд она не была уже так уверена в точном определении пола, может вовсе трансгендер или просто мужиковатая дама, из тех, что с веслом везде.
— Здравствуй! — послушно сказало оно, видимо охреневшее от наезда.
В бывшей малой гостиной повисло неловкое молчание. Но не долго. Елена Владимировна сообразила, что эта сущность из капельно броуновского движения знает расположение в доме.
— Здравствуй! Ты же всё тут знаешь, может подскажешь, где ещё я смогу безопасно пройти по дому? Где еще осталось вот такая красота? — Елена Владимировна сделала неопределённый жест рукой.
— Красота? — туповато переспросило привидение, рассеялось, вновь собралось вполне чёткую мужскую фигуру. Пару секунд можно было лицезреть туманного нечеловеческого красавца неопределённого количества лет. По-человеческим меркам выглядел он лет так на сорок, может чуть больше.
— Даймон, — прояснило привидение, правильно истолковав изучающий взгляд Елены Владимировны, — точнее был даймоном. Сейчас я лишь его… суть.
— Душа? — с неким пониманием дела, уточнила Елена Владимировна.
— Нет, не сказал бы, — задумчиво промолвило нечто, распадаясь на сверкающие частицы. — У даймонов нет души.
— У всех есть душа, — не согласилась Елена Владимировна, словно была крупным специалистом в этом вопросе. — Просто у всех она разная! У кого теплая и широкая, у кого наоборот…
— Узкая и влажная? — проявил пошловатое чувство юмора бывший даймон.
— Это всё, о чем ты думаешь?
— Я не думаю, я существую…
— Да вижу, жить тут невозможно, это факт. Ну так скажи мне, суть даймона, есть в этих развалинах еще не менее интересное место? — Елена Владимировна повторила вопрос. Привидения она сначала не успела испугаться, а теперь отчего-то вовсе мысленно перевела его в статус безопасных сущностей и теперь трепалась “за жисть”, как со старым знакомым — свободно, но не переходя в панибратство.
Суть даймона, видимо, за время своего существования, всё же стало туповато.
— Интересное? — повторило оно за Еленой Владимировной. И вдруг без всякого перехода предложило: — А хочешь клад?
Елена Владимировна, в отличие от Евы, прожила не один год и уже четко уяснила, что одеваться надо по погоде, а не по моде, обещаниям правительства верить не следует, а бесплатный сыр раздают только в мышеловках.
— И что мне надо будет сделать за этот клад?
Странная девица не проявила должной, по мнению сути даймона, заинтересованности.
— Ничего! — воодушевлённо соврало броуновское привидение, снова распылившись в воздухе.
Елена Владимировна махнула рукой — смысл тратить время на придурка? — повернулась в сторону коридора и сделала пару шагов.
— Принять! Дар! — еще менее понятно сообщила суть и, приняв форму облака поплыла за Еленой Владимировной.
Ева нашла еще пару локаций в доме, сделала, наверное, сотню кадров, из которых она выберет только максимум штук пять приличных. Всё это время суть даймона навязчиво вилась вокруг неё и ныла “Прими дар!”
— Да ты не мужик, прям зануда какая-то! — не выдержала Елена Владимировна, основательно разозлившись. — Тебе наверняка дамы давали потому, что проще дать, чем слушать твоё занудство!