— Максим, послушай, мы можем просто забыть этот инцидент?
— Забыть? — он удивленно вскидывает брови — Оксана, скажи честно, ты приехала в клуб, чтобы увидеть там меня?
Ну зачем он так ставит вопрос! Я чувствую как краснею, конечно, я хотела его увидеть. Да, да, хотела! Я признаюсь в этом самой себе! Но признаться в этом Максиму и самой произнести эти слова вслух? Это слишком.
— Готов поспорить, что в твоей голове миллион вопросов, — продолжает Максим, — и ты жаждешь получить на них ответы, верно? Я обещал быть честным, и я слово сдержу. Если ты действительно хочешь что-то обо мне узнать, то спрашивай.
Я вздыхаю и понимаю, что вот сейчас, если перестану вести себя как глупая дурочка, то возможно смогу узнать о Максиме чуть больше.
— Хорошо, — я начинаю вертеть в руках ложку, чтобы хоть немного унять странную дрожь возбуждения от переполняющих меня вопросов. — Почему ты дрался, Максим?
— У меня был спор, — ответ краткий, пожалуй, мне нужно задавать более объемные вопросы.
— И часто ты так споришь?
— Нет, никогда.
— Тогда почему сейчас?
— Так вышло, — пожимает плечами Макс, а я начинаю злиться.
— Ты обещал быть честным!
— Я и честен с тобой, заметь, я ни разу тебе не врал.
— Да, ты всего лишь не договариваешь кучу важных вещей!
— Каких важных вещей?
— Например, что ты выходишь на ринг, что ты вообще умеешь так драться! Ты же художник, я просто не понимаю, как такие разные вещи могут уживаться в одном человеке?
— Насколько я помню, Оксана, ты сама не хотела лишних вопросов, почему ты решила, что их захочу я?
На это мне нечего ответить. Максиму всегда удается поставить меня в тупик. Что — то в разговоре пошло не так. И я не могу понять, где я совершила ошибку. Это раздражает меня. Да я все время чувствую раздражение рядом с ним, и все из — за этих глупых правил, и поэтому, не подумав, выпаливаю первое, что приходит на ум:
— А если я так больше не хочу!
— Не хочешь чего? Своих же правил?
— Да, именно.
— Быть может, тогда будем просто взрослыми людьми, между которыми есть интимная связь? — язвит Макс.
— Отличная идея! — скалюсь я в ответ.
— Значит так и поступим, — он резко поднимается со стола и выходит из комнаты, я поднимаюсь следом за ним.
— Да, прекрасно! Так и поступим! — кричу ему вслед, желая, чтобы хотя бы в этот раз последнее слово осталось за мной. Максим резко разворачивается и хватает меня за плечи.
— Почему ты так сильно сводишь меня с ума? — рычит он, гневно глядя мне в глаза.
— Это ты сводишь меня с ума!
— Ну что ты, до тебя мне далеко! — он начинает тяжело дышать. И я понимаю, что смогла вывести его из себя, и от этого внутри меня все ликует.
— Ошибаешься, с тобой никто не может сравниться, — глаза Максима вспыхивают, и я понимаю всю двусмысленность своей фразы.
— Никто не может, говоришь, — Максим ухмыляется и ослабевает хватку, и теперь его руки начинают медленно ласкать мои плечи, опускаясь вниз по рукам. Я начинаю вся дрожать от возбуждения. Кажется, прошла целая вечность, когда он вот так прикасался ко мне. И я скучала по этому, так сильно скучала. Я хочу, чтобы он прямо сейчас взял меня, подхватил и усадил на стол, за которым мы только что ели, раздвинул мне ноги и вошел в меня быстро и жестко, как умеет только он. Максим наклоняется ко мне, и я прикрываю глаза, подставляя свои губы. «Ну же, давай, — мысленно прошу я его, — поцелуй меня, выбей всю дурь из моей головы. Сотри все воспоминания и мысли, что так сильно ранят меня».
— Хочешь, этого да? — шепчет мне Максим, склоняясь ближе к моему уху и слегка касаясь его губами, заставляя меня вздрагивать. Я что — то утвердительно простонала, оставаясь все так же неподвижно стоять. — Ты так этого хочешь. Я бы мог дать тебе это прямо сейчас. Мог бы показать все, на что способен, когда желаю тебя. Показать, как твое тело отзывается на мои ласки.
Он чертов искуситель, я плавлюсь от его слов, словно и не было сейчас между нами ссоры. Я вся дрожу от волнения и предвкушаю все, что он сейчас может сделать. И если он сейчас не сделает хоть что-то, я не выдержу и сама на него наброшусь. Но Максим быстро остужает весь мой пыл всего одной фразой:
— Но, думаю, сейчас ты не в том состоянии, — он отпускает меня и выходит из комнаты, оставляя меня одну, полностью опустошенную и неудовлетворенную. Я несколько раз хлопаю глазами, ну что он за человек! Полностью обессиленная, сажусь на стул, пытаясь унять эмоции, бушующие у меня внутри. Из горла вырывается болезненный всхлип. Не хочу плакать, не хочу! Но слезы сами вырываются наружу и, поджав под себя ноги и спрятав лицо в коленях, даю им полную свободу. Я всхлипываю тихо, стараясь, чтобы Максим не услышал меня, не хочу, чтобы он меня такой видел, но и остановиться сейчас тоже не могу. Мне плохо. Внутри словно все разрывается, и дело даже не в том, что Максим отказал мне, видя, как сильно я его хочу. Мне плохо от того, что все запрятанное ранее уже готово растерзать меня изнутри. И я даже боюсь представить тот шквал эмоциональной боли, что может обрушиться на меня. Ну куда же он ушел? Почему оставил одну? Я знаю, он злится, да я и сама на себя злюсь. Глупая, глупая Оксана! Но почему, черт возьми, он меня оставил?!