— Я тебя избавил от него, — пробормотал Стас, облокотившись рукой о стену рядом со мной.
— Спасибо за это, — нервно хмыкнула я.
— Он тебе нравится?
— К чему такой вопрос?
— Нравится или нет?
— Отойди Стас, я хочу в дом, — я хотела отодвинуть его в сторону, но он не дал мне этого сделать.
— Он мне сказал, что вы целовались.
— Тебе-то что? — я воинственно вскинула подбородок, я была зла на него. Он не имел никакого права говорить со мной об этом. Я уже хотела сказать, чтобы он шел к своей девушке, к моей лучшей подруге, и оставил меня в покое, как его губы вдруг так стремительно приблизились к моим, сминая их, и жадно прижимаясь ко мне всем телом. В голове забился сигнал тревоги, я должна его оттолкнуть, обязана! Но я не могла, и сдавшись почти без боя своим чувствам, сама не заметила, как прильнула к нему, отвечая на этот дерзкий поцелуй. Стас втащил меня в темное помещение предбанника и стал грубо шарить по моему телу.
— Так он касался тебя? Касался, как я тебя сейчас? — со злостью прошептал он.
— Нет, нет! — отчаянно шептала я, боясь, что он сейчас уйдет и оставит меня одну. Стас теснее прижался ко мне, и я почувствовала, как его напряженное желание упирается мне в живот. Мы целовались как безумные, мое сердце ликовало, а голова кричала, что я совершаю ужасную ошибку, за которую потом могу дорого заплатить.
Так я стала предателем. Я предала свою подругу, я предала нашу дружбу, и расплата была неминуема. Стас уверял меня, что я изначально ему понравилась, что к Ленке он почти ничего не чувствует, но моя подруга напела ему что мне нравится Сашка, и он отступил и с горя начал встречаться с ней, чтобы забыть меня. Вспоминая его слова сейчас, я понимаю, какой дурой я была, что повелась на подобные россказни. Мы прятались по углам, отдаваясь безумным поцелуям. Всякий раз Стас стаскивал с меня верх платья или кофты и ласкал мою грудь. Он говорил, что без ума от нее, что она принадлежит только ему одному, как и я в целом. Я, правда, пыталась вначале пресечь эти ненормальные гнилые отношения, но Стас умудрялся подловить меня, как только я оставалась одна. Он давил, он убеждал, что кинет Ленку, которая с каждым днем все больше и больше влюблялась в него. А я умоляла его этого не делать, я не хотела, чтобы ей было больно, но и чувства к нему не могла побороть. Знаю, что должна была быть сильнее, более решительно сказать нет, я могла начать избегать его, избегать их всех. Но я так боялась остаться одна. И я боялась остаться без Стаса. И с ним я потеряла свою девственность. Да я была невинна тогда, невинная шлюха, отбирающая парня у лучшей подруги! Как это смешно, и как это мерзко! Всякий раз после наших тайных обжиманий, я чувствовала себя грязной, но когда я была с ним, я чувствовала только страсть. Я была так уверена, что люблю его, а теперь понимаю, что все, что я в нем тогда видела, было ложью. Мной играли, использовали, а потом, когда пришло время, выбросили как мусор.
Глава 20
Все! С меня хватит! Я рывком стаскиваю с себя дождевик и бросаю его прямо на пол. Затем поднимаюсь с колен и быстрым шагом покидаю центр реабилитации. Плевать, что я оставила в комнате бардак и хаос, мне так же плевать о том, что подумает обо мне Мария Алексеевна, когда вернется и не застанет меня на месте. В конце концов, она мне никто, так, случайная знакомая. Пусть она и очень милая женщина, но это по ее вине мне стало сейчас так плохо. Я просто хочу домой. На улице совсем похолодало, и я практически перехожу на бег. Я спотыкаюсь и чудом умудряюсь удержать равновесие на дорожке, ведущей вниз к реке. Чертовы укладчики! Как можно было так уложить эту чертову дорожку? Хотят, чтобы люди себе шеи свернули? Не знаю как, но быстро нахожу путь к своей машине, чему очень рада. Обычно мне приходится навернуть не один крюк, прежде чем найти то самое место на парковке, где я ее оставляю. Но сегодня мне везет хотя бы в этом. О, в этом я благодарна! Спасибо тебе судьба! Или какие другие неведомые силы, которые строят жизни людей! Да что я несу? Во всем всегда виноват сам человек. Все его поступки обдуманные и необдуманные приводят его к тому, в чем он потом и варится. И видит Бог, я сполна заплатила свою ошибку! И не хочу больше носить в себе этот груз, хватит! С меня хватит! «Так выпусти все это наружу», — слова Максима взрываются в моем мозгу. Да, я так и сделаю и в считанные минуты оказываюсь возле дома.
— Привет, родители, как поговорили? Надеюсь хорошо? — громко заявляю я, едва успев переступить порог.