Вторая, видимо, была против того, чтобы художница ходила в таинственную деревню.
— Значит, это вы вели спор друг с другом? — Спросила блондинка, умиляясь таким милым существам.
— Да, — хором ответили Слейды. — Какого либо смысла в этом мире нет, а также то, о чём ты думаешь — хранители леса спокойно смогут увидеть и понять.
— Почему же мне не стоит ходить туда? — Ветта явно не понимала, что происходит в этом сне. Вообще, картина была написана для того, чтобы «взглянуть» на единорогов, но тут их, почему-то, пока не видать.
— Да Бинна преувеличивает, — охотница взмахнула своими крылышками и подлетела к лицу художницы, оказавшись напротив неё. — Там не так уж и плохо, но говорят, что орки клана «Красной птицы» — злые и беспощадные, а поэтому, нужно сторониться их и не попадаться на глаза.
— Конечно, не факт, что всё это правда, ибо мы сами там не были, а лишь слышали от других, — решила вставить вторая, нервно теребя края своего платьица.
Слейды посоветовали девушке решать самой, а также быть предельно осторожной и внимательной.
Опасность в деревне орков могла притаиться в любом месте. Потом хранители леса, заметив, что у девушки нет никакой обуви, сплели из листьев, куска облака и волшебной ткани — обувь, чем-то напоминающую женские сапожки, покрытые голубым сиянием.
Ветта поблагодарила маленьких человечков и была рада, что они сделали ей такой подарок.
Она не знала, сколько уже времени прошло с тех пор, как она попала сюда и говорила с деревом, а поэтому, хотела поторопиться, чтобы найти ответ на свой вопрос, связанный с «тёмными силами».
Она подошла к неизведанной, таинственной и ужасающей пещере, нагнулась и, зажмурив глаза, открыла перед собой место, в которое никогда не ступала нога человека.
Художница прошла сквозь неё и оказалась в месте, которое сильно отличалось от предыдущего.
Глава 5. Болезнь.
Вудроу Смигл — психотерапевт, работающий в собственной клинике для душевнобольных. Вуди с малых лет хотел стать врачом. Мальчик интересовался всем подряд, будь то лампочка на потолке или далекий неизведанный остров.
Родители сразу заметили, что у их сына есть предрасположенность к психологии, когда он начал задавать им довольно необычные вопросы, будучи четырнадцатилетним ребёнком.
В школе этого сорванца сверстники не всегда понимали, хотя со всеми он общался хорошо и даже имел одного лучшего друга — Боба.
Боб Эр — мальчик, чья фамилия во всём классе была самая короткая и нелепая. Этот пухлый паренёк, который всегда носил круглые очки, а свои рыжие волосы собирал в хвостик — теперь работает с Вуди и помогает ему с пациентами.
Низкорослый круглый мужчина всегда смотрел на друга снизу вверх своими хитрыми зелёными глазками.
Ещё в школьные годы Боб имел нехорошую репутацию. Все его считали лисом, который чуть что, сразу отхватит себе кусок побольше.
Вуди, хмурый и встревоженный, нервно разглаживал рукой свою небрежную щетину на лице. Он думал о своих пациентах. Как помочь той, которая совсем ничего не понимает?
Из раздумий его отвлёк негромкий стук в дверь, говоривший о том, что, скорее, человек на той стороне обладает неуверенностью и нерешительностью. В кабинет зашёл Боб.
— Вуд, я сегодня освобожусь раньше, жена приболела, – сказал мужчина и поправил свои очки.
Эр топчется не месте, не зная, куда себя деть. Он любил свою работу, а ещё больше – деньги, но жена отодвигала назад все его принципы и любимые занятия.
После того, как их семья потеряла второго ребёнка – Мэри Эр стала раздражительной и слабой. Здоровье подкосилось, а сердце стало не выдерживать частых ссор с мужем.
– Конечно, дружище, иди, – Вуди потёр виски. Взгляд его тёмных глаз имел уставший вид – мужчина не спал целые сутки. Он работал, подбирал новую методику и думал, как начать разговор с его «непростой» пациенткой. Он пытался и так, и сяк, но ничто не брало эту адскую женщину с чудовищным характером. Кажется, что вот-вот и всё! Получилось! Но нет. Только всё становится более-менее ясно, как потом всё переворачивается вверх дном, и тогда вообще ничего не понятно.
Это и раздражает врача больше всего.
– Ты чего такой задумчивый? — Решил спросить Боб, скорее, из вежливости, чем из-за «дружеской поддержки».