«Как будто какой-то проезжающий мимо бакалейщик собирается помешать этой компании!»
Галронус согнул костяшки пальцев и повернулся назад, но Майло положил руку ему на плечо.
«Ты с ума сошёл ? Их там, наверное, штук пятьдесят».
Галронус сердито зарычал, но голос, донесшийся из-за края болота за Виа Сакра, прорезал вечерний воздух и отвлек их.
«Маленьким мальчикам, желающим пошалить, не стоит выходить на улицу так поздно. Ваши мамы будут волноваться».
Прискус вздохнул.
«Похоже, мы в дерьме, ребята. Драться или бежать?»
Майло покачал головой. «Бежим, если можем».
Ситуация усугубилась, когда позади них послышался звук затихающей короткой стычки среди зданий. Дюжина человек, которых они привели с собой, едва дала им достаточно времени, чтобы обосновать свой план, не говоря уже о том, чтобы следовать ему.
Галронус кивнул им.
«Я их отвлеку. Ты беги обратно».
Прискус уставился на него.
«Единственный способ отвлечь эту толпу — позволить им избить тебя до полусмерти. Пошли».
Не дожидаясь разговора или спора, Приск выскользнул из-за храма и побежал вниз по склону (его хромая нога придавала ему странную и неуклюжую походку) по белому мощению Виа Сакра, где он исчез в тени вокруг святилища Юпитера на дальней стороне.
Он остановился, переводя дух и жадно вдыхая воздух, пока Галронус и Мило следовали за ним, сломя голову несясь вниз по склону и через открытое пространство между ними. Приск посмотрел вверх, влево и вправо, пытаясь решить, что делать, и энергично потирал бедро. Нога горела, словно в огне. Долго так продолжаться не могло. Он не мог рассказать остальным двоим, но надежды добраться до дома Фалериев не было.
Люди Филопатра появлялись между зданиями на Велианском холме, всматриваясь вниз по склону, пытаясь высмотреть свою добычу. Другие небольшие группы людей, почти наверняка ещё одна часть египетского войска, медленно двигались по Виа Сакра от форума, сходясь к своему текущему местоположению. На другой стороне Клодий и его полдюжины дюжих головорезов замыкали сеть. Все до одного представители общественности исчезли, удобно скрывшись перед лицом такой опасности.
«Мы окружены с трех сторон».
Святилище, в тени которого они скрывались, никем не замеченные, было небольшим и представляло собой не более чем древний алтарь, окруженный кирпичной стеной высотой с рост человека и с железными воротами; вряд ли это было место, где можно было спрятаться или защититься от большого войска.
«Нам придется сделать рывок и направиться на Палатин».
Остальные кивнули в знак согласия, и, глубоко вздохнув, Приск выскочил из темноты. Двое других последовали за ним по пятам. Он, не обращая внимания на резкую боль в бедре, побежал своим странным шагом по мощёной улице, ведущей к вершинам Палатина. Закрытые лавки выстроились вдоль неё, пока она поднималась во мрак. Наверху, то тут, то там, мерцали огни домов тех, кто был достаточно богат, чтобы позволить себе землю на холме, самом сердце Рима.
Задыхаясь от подъёма, они прошли мимо разрушенных пилонов по обе стороны улицы, отмечавшей руины одних из древнейших городских ворот, заброшенных веками, и наконец достигли вершины. Дорога вела к широкому открытому пространству с декоративным фонтаном в центре и богато украшенными краями. Отсюда к богатым виллам вели ещё полдюжины более мелких дорог, но Приск сосредоточился на той, что вела прямо, через плато, к большой лестнице, ведущей вниз, к концу цирка и Порта Капена.
«Сюда!»
Трое мужчин отчаянно вздохнули, услышав во внезапно наступившей тишине звуки близкой погони по улице. Обменявшись быстрыми отчаянными взглядами, они выбежали на открытое пространство. Нога бывшего центуриона уже дрожала, грозя вот-вот сломаться от напряжения, и он начал отставать от остальных. К тому времени, как они пересекут Палатин, он будет лежать ничком.
Приск проклинал себя, когда они бежали, недооценивая дерзость этого человека. Они были в самом центре Рима, как раз перед наступлением темноты. В холодном, влажном воздухе было меньше людей, чем днём или тёплой ночью, но всё же свидетелями нападения сегодня ночью, должно быть, были не менее двадцати человек. Этот человек явно не боялся разоблачения или обвинений. Говорили, что Клодий «владел улицами», и Приск начал понимать, откуда взялась эта поговорка.
Он пытался придумать, как оторваться от преследователей и остаться в игре, когда пронзительный крик впереди напугал его. Брошенный камень врезался в череп Галронуса с такой силой, что сбил его с ног. Ремийский аристократ с криком упал, покатившись по мостовой. Раньше Приск ловко перепрыгнул бы через него. Но не сейчас. Не с такой ногой. Он попытался увернуться от катящегося тела, но его нога едва оторвалась от земли, и он с грохотом приземлился, навалившись на распростертого Галронуса.