Сверху раздался глубокий и громкий стон, и примуспил на мгновение нахмурился, склонив голову набок и внимательно прислушиваясь. Стук, и снова стон.
«Первая когорта: Построиться в две колонны на флангах!»
Без комментариев и вопросов почти тысяча человек, составлявших наступающие ряды легионов, разделились на две группы, отступив друг от друга, так что единая линия из двухсот человек превратилась в две колонны, каждая с пятьюдесятью в первом ряду, с широким разрывом в центре. Карбону оставалось лишь надеяться, что другие когорты и легионы поняли, что происходит.
Как только ловушка захлопнулась, Карбон оглянулся и с удовлетворением отметил, что другие старшие центурионы последовали его примеру, а передние ряды Восьмого легиона, стоявшие позади них, копировали маневр.
Со стен раздался крик гневного разочарования, когда огромный ствол дерева ввалился в открытые ворота в стене и помчался вниз по склону в сторону нападающих, аккуратно опустившись в зазор между двумя наступающими колоннами и безобидно покатившись вниз по болотистой земле, не задев ни одного человека.
Карбон удовлетворённо кивнул. Если бы они смазали петли на этих воротах, всё могло бы быть гораздо хуже. В начале своей военной службы он получил прозвище «Авгур» из-за врождённого чувства самосохранения и невероятной способности быть готовым к любым неожиданностям. Сам Карбон знал, что всё сводится к использованию дарованных ему богами чувств, в сочетании с опытом и толикой здравого смысла.
И здравый смысл и острый слух только что спасли первую когорту. Наверху ворота снова поспешно закрылись, и огонь ракет усилился, сопровождаемый дикими криками.
«Однорядные… запирающие щиты!»
Совершая полную противоположность предыдущему манёвру, Десятый легион снова сомкнул ряды, хотя в сложившихся обстоятельствах такой строй не помог бы взять эти стены. Время почти настало.
Пока легион медленно поднимался по склону, время от времени с криками выпадая из строя, Карбон прищурился и обвел взглядом ряды. В когорте было очень мало мест, где строй был в пять человек, и зачастую он редел до трёх, а не четырёх. Он уже потерял пятую часть своих людей, и они всё ещё находились в двухстах ярдах от стен, поднимаясь всё выше и выше. Первая когорта исчезнет прежде, чем рука римлян коснётся стены.
«Передайте команду. Отбой! Порядком, заметьте…»
Сигнифер, Петросидий, стоявший в трёх рядах от него, ухмыльнулся и помахал знаменем, когда где-то позади, у опциона, букцина отдала приказ об отступлении. Карбон почти почувствовал облегчение, охватившее не только его людей, но и следовавших за ними легионов, которые с впечатляющей быстротой подхватили и передали приказ.
Первая когорта замедлила ход, оставаясь прикрытыми щитами от падающих сверху снарядов, и начала осторожно отступать вниз по склону, сохраняя переднюю оборонительную стену.
«Мы сейчас начнем с ума, сэр».
Карбо улыбнулся говорившему человеку.
«Не думаю, что тебе стоит беспокоиться, парень. Легат о нас позаботится».
Фронтон, стоя на вершине мыса, наблюдал за ними и удовлетворённо кивал. Жаль, что им пришлось потерять столько людей, прежде чем отступить, но, по крайней мере, они могли показать Цезарю, насколько глупа эта затея. Тетрик рассмеялся.
«Ты был прав, Маркус».
«Знаю. Я иду к Цезарю. Приведи в порядок артиллерию. Как только я уговорю старика, я приведу инженеров других легионов присоединиться».
Тетрик кивнул и побежал к импровизированной артиллерийской платформе, а Фронтон повернулся и устремил взгляд на наспех возведённую штабную палатку, откуда открывался прекрасный вид на вражескую крепость. Генерал вышел из палатки, наблюдая за происходящим, и сердито размахивал руками в сторону трёх штабных офицеров, прятавшихся снаружи под проливным дождём.
Генерал с горбоносым носом всё ещё избивал ни в чём не повинных офицеров, когда Фронтон приблизился, и один из солдат покорно поднял палец и указал на Фронтона. Цезарь повернулся к нему, красный от гнева, с опасным блеском в глазах.
«Я хочу, чтобы человека, который отдал этот приказ, раздели догола и бросили на скалы, а музыкант, который это сделал, последует за ним».
Фронто покачал головой.
«Нет, не надо».
« Что ?» Глаз заморгал быстрее.
«При всём уважении, Цезарь, эти двое только что спасли тебе тысячи людей. Помнишь прошлый год? Планк, марширующий на стены Новиодунума? Он бросал людей, как сумасшедший, пока ты не смягчился и не позволил нам сделать всё как положено? Не превращайся в Планка, полководец».