Весь следующий день тетя Дот «видела восьмиугольники с красными кругами в центре… они двигались мимо, постепенно превращаясь в шестиугольные снежинки». 24 июля больная явственно увидела «развернутый в воздухе американский флаг».
26 июля больная начала видеть зеленые точки, которые, словно маленькие мячики, летели влево в левой половине поля зрения. Во время полета зеленые точки постепенно превращались «в продолговатые серебристые листья». После того как племянница напомнила больной, что в Канаде скоро наступит осень, листья немедленно изменили цвет и стали красновато-коричневыми. На следующий день у больной начались сложные зрительные галлюцинации – «букеты нарциссов» и «поля маргариток». Затем последовали сюжетные множественные образы. В тот день тетя Дот сказала племяннице: «Я вижу матросов, одного над другим, как на кадрах кинопленки». Изображения были цветными, но фигурки матросов казались тете Дот плоскими и неподвижными; к тому же они были очень малы, «как наклейки». Больная не могла понять, откуда взялись эти видения, до тех пор, пока племянница не сказала, что когда-то прислала тете письмо с маркой, на которой был изображен матрос. Таким образом, его фигурка не была плодом фантазии тети Дот – просто теперь изображение стало множественным.
Моряки сменились полянами, покрытыми грибами, а затем звездой Давида. Невролог госпиталя, где лежала тетя Дот, носил эту звезду поверх одежды, и тетя Дот после его посещений продолжала «видеть» звезду часами, хотя, в отличие от матросов, только в единственном экземпляре. Потом звезда Давида исчезла за «светофором, на котором то включались, то выключались красные и зеленые сигналы». Затем исчез и светофор – его сменили маленькие золотые рождественские колокольчики. Колокольчики уступили свое место в галлюцинациях молитвенно сложенным рукам, затем больная начала видеть «чаек, песок, волны и берег». Чайки на лету отчаянно хлопали крыльями. (До этого момента все галлюцинаторные образы были статическими; неподвижные изображения медленно проплывали перед внутренним взором.) На смену летающим чайкам явился греческий бегун в хитоне, похожий на древнего олимпийца. Ноги бегуна двигались, как крылья чаек. На следующий день больной привиделись плотные ряды плечиков с висящей на них одеждой. Это была последняя сложная галлюцинация. На следующий день, как за шесть дней до этого, больная видела только молнии в левой половине поля зрения. Это был конец того, что сама больная назвала своей «зрительной одиссеей».
Тетя Дот не была медицинской сестрой в отличие от внучатой племянницы, но когда-то работала волонтером в доме престарелых. Она поняла, что у нее случился инсульт в зрительном отделе одного из полушарий мозга. Тетя Дот поняла, что галлюцинации вызваны инсультом и скорее всего являются преходящими. Поэтому больная не испытывала страха за свое психическое здоровье. Ни на одну минуту она не принимала галлюцинации за реальность, несмотря на то что они сильно отличались от обычных воображаемых сцен своими деталями, более ярким цветом и независимостью от мыслей и чувств. Галлюцинации вызвали у больной сильное любопытство – она внимательно к ним присматривалась и даже пыталась зарисовать. Тетя Дот и ее племянница хотели разобраться, почему в галлюцинациях присутствовали именно такие образы и какой вклад в содержание галлюцинаций внесли прошлый опыт женщины и ее непосредственное окружение.