— Отлично. Ну, продолжим разговор… — сказал куратор и снова включил постановщик шума. — Так вот, на чем мы остановились?
— На многочисленных штрафах за соитие с гражданкой сопредельного государства. Кстати…
— Не, я про другое уже. Я долго анализировал ваши дела и сделал вывод, что вынужден доверять вам больше, чем остальным членам команды. Даже несмотря на удивительную оплошность, касаемую вашего родственника. А учитывая, какое ответственное поручение вам всем предстоит получить… Это звучит несколько подло — заставлять шпионить за собственным отцом и товарищем Арсеном — но таково задание партии. В общем, новое поручение, прочтите.
Я прочёл на своём браслете:
Дополнительное поручение (скрытое): поиск возможного крота в экипаже, КР-00007.
Я включил местную ЭВМ и схватился за ручку управления движением. Хлопнули пиропатроны, и капсулу выплюнуло из тесной трубы. А на душе было не очень-то и приятно.
Вот так вот. Теперь я официальный контрразведчик.
— Так. Подо мной в кресле что-то шевелится, — вдруг сообщил товарищ Куратор.
Глава 3
Гражданская война
Я сразу догадался, что это кто-то из потомков Вилли, Милли и прочих членистоногих товарищей, которые оставила после своего визита Цсофика.
Цсофика… я понял, что даже слегка соскучился по своей безумной киборгизированной мачехе. Впрочем, после столь долгого рейса уже сложно было пересчитать, по кому я не соскучился.
Мы плыли на маневровых — с черепашьей скоростью, как и предполагается спасательной капсуле, сверкая маяком прожектора. В двух крохотных просмотровых окнах и небольшом экранчике, куда транслировались внешние камеры можно было увидеть, что мы такие не одни. Как позже оказалось, столпотворение судов у ближайшего к нам порта объяснялось все тем же сменившимся протоколом мессенджера — на половине судов он был всё ещё старый, и они попросту не могли достучаться до диспетчера.
Капсула была максимально тесной, насколько это возможно — два выхода, два входа, крохотный пульт, к которому я сидел в полоборота. Я толком даже не имел возможности дотянуться до своего спутника, не расстегнув ремни, но расстёгивать их, но, похоже, выбора не оставалось.
— Так, я сейчас расстегну ремень, а ты посмотришь, что там, хорошо? Это же те ваши австралийские пауки, которых я ловил в первую неделю в каюте?
— Я не знаю, что такое «австралийские», но, скорее всего, вы правы. Зачем же вы одели пиджак?
Новое дополнительное поручение: Деинсектизация капсулы, ПКСС-03.
— Не «одели», а «надели», и это не простой пиджак, — нехотя ответил куратор, возясь с ремнём. — Это скафандр-трансформер… Так, погляди, что там?
Он отстегнулся и повернулся ко мне пятой точкой. Ничего заметно не было, но тут же он схватился за ногу.
— Так. Вынужден сообщить, что оно залезло внутрь и ползёт по ноге. В общем, товарищ юнга седьмого разряда, сейчас я вынужден буду разоблачиться.
Ильдар Ильдарович расшнуровал штаны и спустил их. Я заметил, что по ногам у него прямо под кожей встроена металлическая сетка. Боди-модификация?
Паук сидел на штанах ровно посередине. Он был достаточно крупный, сантиметров семь в диаметре, и держался достаточно крепко. Расплющить его было с такого ракурса весьма проблематично, оставалось только ловить. Сказать, что ситуация от секунды к секунде становилась пикантнее — ничего не сказать, однако наш представитель силовых структур держался молодцом. Всё осложнялось тем, что, во-первых, уже наступила невесомость, а во-вторых, у нас под рукой не было ничего, что могло бы пригодиться для поимки или уничтожения паука.
Ничего, кроме рюкзака — счётчик предметов в котором показывал цифру «пять».
— Ну, что там? — Куратор осторожно заглянул и прокомментировал. — Мда, любопытный экземпляр. Посмотри в рюкзаке, может, что-нибудь найдёшь?
Я пошарил в основном кармане — кроме непонятных карточек, игровой мини-консоли, пилюль от голода и футляра для гигиенических принадлежностей там ничего и не было. Футляр повертел в руке — нет, он показался мне слишким узким, чтобы безболезненно изловить паука. сунул руку — меньше всего я хотел бы именно сейчас вытащить прадедушку Порфирия, или ещё, не дай бог, того китайца с нунчаками. Но люди, как мы выяснили уже давно, уходят глубоко и пропадают в недрах глотки вывертуна надолго. Итак, первым я вытащил банку с маринованными огурцами-альбиносами — уж не знаю, зачем и когда я её туда засунул, но так или иначе она там была. Индикатор просрочки, встроенный в крышку, тут же получил данные неизвестно с какой ближайшей станции и нервно заморгал красным.