Она нажала ручку и подергала. Заперто. Они с Хаятом переглянулись. Ну конечно! С чего они взяли, что отец утром уже отпирал замок? Однако недоумение было недолгим. Изнутри защёлкало, и дверь открылась — видимо, отец решил поинтересоваться, кто это рвётся снаружи. Он увидел Медину, его лицо вытянулось от изумления, но сказать он ничего не успел — Хаят с лаем бросился на него и вцепился в бедро рядом с пахом.
Отец заорал и начал кулаком лупить пса по голове. Шерсть Хаята на загривке встала дыбом, он рванул зубами. На желтоватую плитку полилась кровь, кровь брызнула в стороны и окропила лицо окаменевшей Медины. Вопль стал нечеловеческим.
– Помогите! Помогите! – отец попытался схватить Хаята за шею и отцепить от себя, но его кисть тут же оказалась стиснута между клыков, прокомпостировавших белую кожу.
Ещё больше крови. К горлу Медины подкатил ком тошноты.
– Убью! Ах, сволочь! Убью, как твою мамашку, тварь! А-а! Кто-нибудь! Медина! Медина, отгони его! Помоги!
При звуке своего имени Медина вдруг очнулась и попятилась. Она боялась отца, но ещё больше сейчас боялась влезать между ним и взбесившейся собакой. А ещё… кровь… столько крови. Крики отца оглушали её, тогда она зажала уши, закрыла глаза и присела у забора.
– Медина! Медина, помоги! А-а-а-а! Люди! Убивают!
– М-м-м-м! – внезапно затянула Медина, чтобы не слушать душераздирающих воплей. – М-м-м-м!
Она не хотела. Не хотела же, чтобы так. Отец не должен был пострадать. Она не хотела ему зла. Или, может, хотела? Самую капельку? Немножко? Очень-очень-очень много зла?
Зажав руками уши и почти не открывая глаз, она встала и переместилась к будке, где лежало тело Исана, потом снова присела. Она будет охранять его, пока он не сделает всё, что нужно, чтобы проучить отца. Медина приоткрыла один глаз и проверила крыльцо, на котором до сих пор метался клубок из мужчины и собаки. Теперь вся плитка приобрела новый цвет, будто кто-то разлил малиновое варенье и как следует там потоптался. Кусочки то ли одежды, то ли плоти летели в разные стороны. Медина снова закрыла глаза и громко затянула «М-м-м-м!». И чем громче становились крики отца, а потом и грохот колотивших в ворота кулаков соседей, тем громче она мычала.
6.
– Медина! Медина!
Кто-то тряс её за плечо. Девочка приоткрыла глаза и посмотрела снизу вверх — рядом стоял дядя Арби, их сосед через улицу. Его смуглое морщинистое лицо было совсем близко.
– Посмотри на меня, дочка, – знакомый голос с хрипотцой доставал Медину из оцепенения. – Все в порядке? Собака тебя не покусала?
Она покачала головой и посмотрела ему за плечо, но ничего не увидела из-за столпившихся во дворе мужчин.
– Не стоит тебе туда смотреть. Сильно Хаят отделал вашего отца, – Арби потрепал её по плечу, выпрямился. – Что с братом? Плохо ему? Дай-ка гляну…
Медина мгновенно пришла в себя и окрысилась.
– Не трогайте его! – Она покосилась на Исана, тот так и не пришёл в себя. – Не подходите!
– Дочка… – обалдел от такой прыти сосед. – Я ему помочь хочу. Не дай Всевышний сейчас он язык проглотил или ещё чего.
– Ему нормально, – отрезала Медина. – Не надо его трогать!
– Что у вас тут?
Подошли ещё двое соседей, и Арби объяснил им ситуацию.
– Это не дело, – решил один из них. – Парню точно плохо, а девчонка немножко умом тронулась, как кровь увидала. Проверь его, я её придержу.
Услышав эти слова, Медина присела и оскалилась, готовая, как Хаят, покусать любого, кто приблизится к Исану.
– А у нее не бешенство, а? – мужчина, имени которого она не знала, опасливо приблизился, потом сделал бросок в сторону и повалил её в траву. – Держу! Забирай его!
Девочка билась, вертелась и крутилась в железной хватке мужчины, весившего в три раза больше, и даже умудрилась его укусить. На это он профессиональным движением развернул её спиной к себе и заломил руки. Предплечья взвыли от боли, суставы вот-вот готовы были вылететь. Мужчина дёрнул её кисти вверх, Медина закричала, но поневоле склонилась, едва не уткнувшись носом в землю. Она повернула голову в сторону Исана и увидела, как Арби встал рядом с ним на колени, прислонил ухо к его груди.
– Дышит, – сказал он. – Вроде и не синий. Отнесу его в дом, сейчас и скорая подъедет.