Я цокнула языком.
— Да не по-настоящему, дурак! Я целовала Эртана, а потом мне привиделся ты. Я открыла глаза и увидела тебя. Это очень напугало меня. Я отскочила в сторону и иллюзия развеялась. Это был вновь Эртан. С тех пор между нами ничего такого не происходило.
Мехилар думал несколько секунд, а затем мягко произнес:
— Значит, ты думала обо мне иногда?
— Иногда? —с сарказмом спросила я. — За все четыре месяца не было дня, чтобы я не вспоминала тебя. Мне хотелось тебя и убить, и поцеловать, и обнять, и разорвать, и снести голову, и вырвать сердце, а потом вновь обнять, оседлать, поцеловать и снова убить!
— Я вызываю у тебя довольно-таки обширный спектр эмоций, — улыбнувшись, заметил он. — Рад, что ты не забыла обо мне.
Мехилар приблизил ко мне свое лицо.
— За эти месяцы мне не пришлось вспоминать о тебе ни разу. Знаешь почему? — его голос звучал сухо.
Я расстроено опустила глаза и мотнула головой. Мне не хотелось слышать ужасную правду. Неудивительно, что он не вспоминал меня: я разрушила его дом и обвинила в покушении.
Нет, он, конечно, этот приказ написал, но все же никому не отдавал.
Даже моя сестра ему поверила, а я – нет.
Его нельзя назвать добряком или хорошим человеком, но он определенно не был подлецом.
— Потому что я и не забывал тебя, Ламара, — неожиданно добавил Мехилар с нежностью. — В один момент, я подумал, что потерял тебя, потому что ты всегда ускользала из моих рук, но я наконец-то нашел тебя в Батигаре. Я почувствовал тебя еще до того, как увидел. Ощутил твой гнев, твою ярость, боль, сожаление и горе. Оно оставляло привкус горечи вокруг, как и твоя магия в тот день, когда ты разрушила замок. Эти чувства были настолько сильными, что даже браслет Эртана не мог тебя скрыть.
Я смотрела на него и мне так хотелось прижаться к его губам, но было еще кое-что, что не давало мне покоя.
— И все же, расскажи мне, что с тобой произошло. Как ты потерял глаз?
— Зачем тебе это?
— Не знаю, — я пожала плечами. — Наверно, хочу знать тебя лучше.
— Лучше бы тебе вообще меня не знать, — он потянул волосы у себя на затылки и обреченно вздохнул, облокотившись на ствол дерева.
— И, тем не менее, я тебя знаю. Расскажи.
— Это ужасная история. В мою сторону ты больше никогда не посмотришь, — он отвел взгляд.
Я взяла его лицо в свои ладони и заставила смотреть в мои глаза.
— Ты убил моих родителей и я все еще смотрю на тебя. Ты хотел убить меня при первой встрече, и я все еще смотрю на тебя. Ты самый опасный человек в этом мире, и я все еще смотрю на тебя. Разве есть что-то еще хуже всего этого. Самое большое зло, которое ты мог мне причинить, ты уже сделала двадцать три года назад. Я вижу, что это мучает и тебя.
Мехилар коснулся пальцами моих ладоней и убрал их со своего лица. Он посмотрел на меня и тяжело вздохнул и поудобнее устроился передо мной.
— Это произошло во времена «Кровавых недель», — начал он. — Как ты знаешь, я и мои Стражники вырезали деревню за деревней, город за городом, не щадя никого. Смертельным ураганом мы промчались по Аваяру и перекинулись на Тахарат. Я слышал крики взрослых, детей, страдания и плач, но меня это не останавливало. Я был неумолим и беспощаден, а мои воины брали с меня пример. Я не разрешал насиловать, пытать и грабить, а лишь требовал неминуемой смерти, но все же, находились те, кто ослушался моего приказа. Их я после повесил.
Взгляд короля был устремлен на свои сцепленные ладони, будто на них отражены все ужасы минувших дней. Вероятно, так и было.
— Мы добрались до небольшого городка Махву и зашли в ближайшее поселение. Мои стражники тут же принялись сжигать дома и рубить всех без разбору, — он шумно сглотнул и запнулся. Эти воспоминания давались ему с трудом. — Я и еще четверо моих ребят ворвались в один дом. Я ждал привычных криков, плача и мольбы о пощаде, но не услышал ничего. Я уже подумал, что нас опередили и убили уже семью, проживающую здесь, но пройдя в одну из комнат, я увидел там молодую девушку. — Он поднял глаза на меня. — Она была твоей ровесницей. А за спиной у нее прятался мальчик пяти лет. Ребенок был напуган, но не издавал ни звука. Он лишь намертво вцепился в свою мать. Я посмотрел на девушку, — Мехилар устало потер глаз. — Она была очень красива: длинные светлые волосы и синие, как лед глаза. В них не было страха, лишь ярость и ненависть. Она молча смотрела на меня, держа перед собой меч. Девушка защищала своего сына. Ее взгляд отличался от прочих, которые я видел. Другие просили пощады, а она, словно, говорила, что пощады придется просить мне. — Он невесело рассмеялся, — О великие боги, как же она была права. Я прошу пощады по сей день.