Огоньки на терминале показали, что сервиторы совещаются друг с другом. Наконец один из них сказал ей через интерфейс перевода:
– Это не приказ.
У Черис сжалось сердце.
– Верно, – сказала она. – Вы Кел, но ваша служба традиционно определялась некоторыми параметрами. Было бы неправильно с моей стороны требовать от вас выполнения человеческого долга, когда вы не получаете сопутствующих человеческих привилегий. Единственное, что я могу сделать, – это попросить.
– Передайте предварительные логистические расчеты.
Черис так и сделала, гадая, какая критика последует с их стороны.
– Спокойно, – сказал Джедао. – Они еще не сказали «нет».
На этот раз сервиторы совещались дольше. Дело было не в расчетах; их должны были провести быстро. Видимо, они спорили. Черис заметила, как коммандер Хазан переминается с ноги на ногу.
– Цифры просты, – сказала змееформа с «Пауков и шрамов». – Мы не тактики. Но шансы на возвращение минимальны.
– Это также верно, – сказала Черис. – Положение в Крепости будет непростым.
– Какой транспорт вы предлагаете?
– Мы дважды в день посылаем туда пропагандистские канистры. Некоторые из них можно изменить, чтобы приспособить к вам. Сперва еретики использовали канистры в качестве мишеней, но мы стали добавлять туда легкие наркотики и другие лакомые кусочки, так что теперь есть все основания считать, что они попадают по назначению. Конечно, определенный риск есть. Но я думаю, еретики убеждены, что это «упражнение», навязанное нам Доктриной. Вряд ли они считают канистры реальной угрозой.
Черис всё больше убеждалась в том, что истинным адресатом пропагандистских материалов с тошнотворными подробностями того, как шесть фракций расправились с Лиож, были вовсе не еретики, а она сама. Пусть это и казалось эгоцентричным. Придется позже поговорить с Джедао.
– Абсурдно, – сказала змееформа после паузы. – Но может сработать.
У Черис перехватило дыхание.
На этот раз заговорил сервитор Бок с «Искреннего приветствия»:
– Мы Кел. Мы будем служить как Кел. Мы будем сражаться как Кел, хотя нас не создали для такой битвы. Это миссия Кел. Если наши действия поспособствуют миссии Кел, мы будем служить.
– Спасибо, – сказала Черис. – Я пришлю дальнейшие инструкции. Ценю вашу службу.
– Планируйте мудро, генерал Кел, – сказал сервитор Бок. И на этом разговор закончился.
– Будь я проклят… – сказал Хазан.
– Я передала вам свои предварительные планы, – сказала Черис. – Мне нужно поговорить с Доктриной.
– Конечно, сэр, – сказал Хазан, чье лицо по-прежнему выражало потрясение.
– Много людей умрут из-за того, что я сейчас сделала, – сказала Черис беззвучно.
Она думала, Джедао начнет объяснять, почему так нужно. Но он сказал:
– Боюсь, от этого всегда больно.
– Дайте мне капитан-магистрата Гару, – сказала Черис, не давая себе слишком задуматься над услышанным.
Гара, которая была не на вахте, ответила не сразу.
– Сэр? – спросила она.
Черис кратко изложила всё, что у них было по еретическому календарю.
– Через четыре дня, поглядите-ка, – сказала она. – Их узел в надстройке поминальных церемоний разрушился, отчасти из-за ущерба, который мы причинили геометрии Крепости. Если мы устраним вот этот ритуальный день и заменим на какой-нибудь праздник в честь победы…
Гара сморщила лоб.
– Понимаю, сэр. Но время поджимает. Может быть… – Она покопалась в параметрах и передала результаты Черис. – Нет, следующая возможность представится через семь месяцев, если не будет нового ущерба геометрии высокого уровня. Надо воспользоваться этим шансом, пока он есть. – Пауза. – Я не должна спрашивать, сэр, но какие вести о Хафн?
– Ничего от Командования Кел, – горько сказала Черис. Она отправила еще пару запросов, на том основании, что ей хотелось бы знать, насколько близок рой вторжения. Больше никаких вестей не было и от бригадного генерала Мариш. – Во всяком случае, если мы силой изменим календарь еретиков в нужный момент, это предоставит нам необходимый шанс.
Коммандер Хазан кашлянул.
– Чтобы устроить еретикам праздник победы, сэр, – сказал он, – мы должны предоставить им эту победу. Большую.