— Храм Феньвон назначает награду в тысячу льен за преступника Тикающие Часы.
Законы Надежды взглянул на монаха.
— Я не работаю бесплатно, монах.
— Храм Рьоко удваивает награду, — сказал другой монах, держась за сломанную руку. Еще один шагнул вперед, предложил столько же от храма Лили. И вскоре награда за Тикающие Часы стала из нуля пятью тысячами льен. Ю раздражало и радовало, что за него награда стала больше, чем за нее.
Законы Надежды улыбнулся и потянулся к мечу левой рукой.
— Преступник из Кохрана по имени Тикающие Часы, — крикнул он, в тоне звучала улыбка. — Я забираю награду за тебя.
Глава 12
Спина Ли болела от позы молитвы, в которой он долго сидел. Его живот лежал на коврике, колени горели от того, как долго были согнуты. Ю сказала ему прийти и изобразить, что он молился, но не сказала, что придется делать это так долго. Он застонал, стиснул зубы, чтобы подавить звуки. Взгляд влево показал, что вор, Фан, уснул. Обмяк в позе, смутно похожей на позу для молитвы, его глаза были закрыты, струйка слюны текла из открытого рта на коврик. Как он мог спать в такой позе, Ли не понимал. У некоторых людей была вся удача: навыки, внешность, тело, которое не болело так, словно мечи вонзали в кости.
Снаружи раздались крики, смутные звуки без формы или значения. Ли надеялся, что это было отвлечение Ю. Звезды, он надеялся, что это было отвлечение. Он был уверен, что вера в звезды была ложной, и Ю и Нацуко говорили правду. И он решил помолиться богам. К сожалению, он знал имя только одного бога, этой древней гадины. И все же она была богиней, и Ли молился Нацуко, богине потерянного, чтобы шум снаружи был отвлечением. Потому что если он не пошевелится вскоре, он больше не пошевелится. Шли минуты. Полные боли. Или только секунды, было сложно понять, когда он был на этом сосредоточен. Крики снаружи продолжались, и Ли пытался игнорировать боль в спине и коленях, слушать звуки. Он ощущал, как ци текла по телу. Теперь он знал, как ее искать, сильно ощущал ее. Зрение Ли раздвоилось, он видел комнату молитв, но и был снаружи, видел, как Ю застыла на месте, пока механический мужчина убивал монахов. А потом это пропало, и Ли задумался, было это настоящим, или он видел такое от боли в ногах.
Шаги стучали по ступенькам, появился задыхающийся монах.
— Нужна помощь снаружи, — крикнул монах. — Кохран нападает на нас.
Несколько монахов переглянулись, а потом побежали по лестнице к первому этажу. Один из стражей у лестницы, ведущей наверх, тоже ушел. Как и двое молившихся жителей, которые ушли смотреть на зрелище. Остался только Ли, один страж у лестницы и тихо храпящий Фан в луже своей слюны.
Ли выпрямился, его спина хрустнула, как бамбук, который сильно согнули. Его колени щелкнули, и облегчение с болью смешались во что-то, похожее на то, когда щенок лизал его ноги в… Он отогнал мысль. Он хотел бы пару минут просто дать телу расслабиться, но они не знали, как долго Ю сможет поддерживать отвлечение. Он прошел к Фану, ткнул его носком ботинка. Тот громко всхрапнул.
— Вставай, — Ли ткнул его снова. В тишине храма снова раздался всхрап, такой громкий, что страж взглянул в их сторону. Ли хотел попытаться снова, но увидел, что глаз Фана открылся и посмотрел на него. Вор подмигнул и издал еще громкий всхрап.
Ли подошел к монаху.
— Мой друг не просыпается, — сказал он, подойдя ближе.
Монах нахмурился и взглянул на Фана.
— Что ты от меня хочешь?
Ли пожал плечами. Он плохо умел врать, ненавидел делать это. К счастью, он был достаточно близко, чтобы перестать играть, и хоть ото лжи покалывало кожу, бить монахов-преступников он не был против. Он прыгнул на монаха, схватил его за руки и ударил головой с такой силой, что нос монаха сломался, теплая кровь брызнула на лицо Ли. Монах пошатнулся, его глаза закатились, и Ли бросил его на пол.
— Молодец, братишка, — Фан легко выпрямился. — Я не сомневался в тебе ни на миг.
Ли пожал плечами. Ему нравился вор, его щедрость с похвалами. Они провели несколько часов вместе, поднимаясь по горе, и Фан не смеялся над потугами Ли на лестнице. Хотя прозвища были сомнительными.