Долины с травой вскоре сменились каменистым пейзажем, и Ю видела на севере на горизонте лес. Она миновала несколько ферм, но многие казались пустыми, поля пожелтели от засухи и солнца. Нацуко не появилась в тот день, и когда наступила ночь, Ю увела коня с дороги и нашла укрытие меж двух больших камней достаточно далеко от дороги, чтобы ее не увидели. Она дала коню немного зерна и сморщенное яблоко из припасов, которые дала старушка, умело уклонилась от его зубов и села, съела немного сухофруктов и полоску мяса, которое когда-то принадлежало буйволу. Одна и без защиты, она не хотела рисковать с огнем. Вряд ли тут были бандиты — их всех стерли при новом Императоре Десяти Королей — но рисковать не стоило. Без спального мешка и костра Ю укуталась в лохмотья и сжалась в комок, прижавшись спиной к камню. Сон пришел быстро и был крепким.
Ю проснулась на рассвете с дрожью, тело болело. Смутное впечатление беспокойного сна осталось в ее разуме, словно отголосок грома вдали. Ком лежал на боку на траве, и на миг Ю подумала, что конь умер, но его грудь поднималась с громким храпом и опускалась с тихим фырканьем. Она опустила горсть зерна и еще одно сморщенное яблоко перед существом и быстро встала, он понюхал пару раз, склонился и зачерпнул еду. Наконец, его глаза открылись, он с трудом поднялся на ноги, посмотрел на Ю с обвинением. Богиня все еще не появилась. Ю и Ком отправились в путь, пока восходящее солнце сжигало туман над землей, и не из-за того, что Ю хотела в путь, а потому что ей было больше нечего делать. И чем раньше она выпьет и возьмет бутылку с собой, тем лучше.
Она то ехала на коне, то шла рядом с ним, давая ему отдохнуть, пощипать желтую траву на обочине дороги, когда он хотел. Она давно не была так далеко на западе Хосы, но Ю думала, что Бамбуковый лес должен был скоро появиться в поле зрения. Говорили, там было полно духов и тех, кто не придерживался троп, отмеченных храмами, и пропал навеки. Новая фигурка получалась неплохо, хотя было сложно передать характер. Ее раздражало, что у нее были две незаконченные фигурки, но что она могла?
Прошла еще ночь, а Нацуко не явила свое морщинистое лицо. Ю почти поверила, что богиня бросила ее, но письмена остались на ее левой руке, убеждая ее в обратном. Она какое-то время смотрела на изящные линии и пыталась перевести хоть часть. Она плохо помнила слова богов, разбирала только кусочки. На ее запястье было что-то о состязании, между пальцев — что-то о связи, другое Ю не могла разобрать. Вокруг костяшки указательного пальца была буква, которая могла означать «бой», но стиль был немного не такой, и Ю не была уверена. Может, это была «картошка», и на ней был рецепт рамена.
Ю не верила, что богиня бросила ее. Нацуко была верна состязанию, и Ю была ее выбранной фигурой. Она не бросила Ю. Но ее отсутствие тревожило. Без подсказок богини Ю не видела способа продолжить поиски. Она могла пройти мимо артефакта и не заметить. Она задремала, ей снился бушующий огонь, армии, оставляющие мир пустым после себя, поля тел, покрасневшие реки. Кошмары, как ни крути.
Она проснулась утром у костра, который не разводила, и запаха чего-то, готовящегося на нем. Нацуко сидела с другой стороны костра, ее морщинистое лицо пугало в мерцающем свете. Ю не обращала внимания, где заночевала, а теперь видела слева скалу, а рядом поле высокой желтой травы.
— Я не знала, что ты умеешь готовить, — Ю выпрямилась и снова ощутила все боли. Она не была создана для этого стиля жизни. Ей нужна была кровать, сытная еда и выпивка в руке, когда она этого хотела. На службе Стальному Принцу у нее было все это и больше.
— Я богиня, а не дура, — рявкнула Нацуко. Котелок висел над костром, содержимое бодро бурлило. Богиня помешала его ложкой и понюхала. — Почти готово.
— Где ты все это взяла?
— Ты удивишься тому, что теряют люди, — сказала Нацуко. — Котелок был любимой вещью Такагавы Тоши. Он был в ее семье три поколения, передавался от матери к дочери. Много любви и заботы ушло на его сохранение, и он видел больше блюд, чем ты дней. Истинное семейное сокровище. Но война поглотила Ипию. Всадники из Нэш напали на западную границу, и семи Исэ и Идо сражаются за Змеиный трон. Деревня Такагавы Тоши стала полем боя, и хоть она выжила, она потеряла все. Еще одна задумка Бату исполнилась.
— А содержимое? — спросила Ю. Котелок был наполнен бульоном с кусочками, плавающими в нем.
Нацуко пожала плечами.
— Ты решила поспать в паре сотен шагов от фермы. Я украла немного овощей. Почему ты не попросила впустить тебя переночевать?