— Похоже, я упустил шанс, — Фан пожал плечами. — Думаю, мы все оставим благородно и посмотрим, кто победит, без жестокости, — он прошел мимо рычащего бога и миновал арку, встал рядом с Ю в Тяньмэнь. — Это намного лучше. У меня там отмерзали шрамы.
— Спасибо, — тихо сказала Ю.
Ян Ян повернулась к крутящейся монете, пытаясь понять, как ее остановить. Нацуко прошла мимо бога и вошла в Тяньмэнь.
— Нужно идти и поесть, пока есть время, — сказала богиня Ю. — И… это было очень умно.
— Сколько у тебя артефактов? — спросил Фан. Они втроем смотрели, как бог игры мучается с монетой, но Ю глядела на темную фигуру, идущую к ним сквозь бурю.
— Лично я собрала четыре артефакта, — сказала она.
Фан нахмурился, но на его губах играла улыбка.
— Это не ответ.
Ю просто улыбнулась. Темная фигура вышла из снега, стала крупным мужчиной, которого она видела в таверне у основания горы. Как Ю, он не подумал утеплиться, и его большие руки были бледными, как из могилы. Он дрожал от холода. Он быстро огляделся и пошел вперед, поспешил к тории, широко обойдя Ян Ян.
— Привет, избранный товарищ, — сказал Фан, когда великан прошел в Тяньмэнь. — Рад, что нас добралось трое.
Великан осторожно опустил свой струнный инструмент на землю и стряхнул снег с плеч. Он потер руки и кивнул им.
— Син Фай, — сказал он вместо приветствия.
— Ю, — Ю чуть склонила голову.
— И я Фан, Император воров.
— Уже император? — спросила Ю.
Фан подмигнул ей.
— Как ощущалась ночь с императором?
Ю закатила глаза.
— Кто твой покровитель? — спросила она у Син Фая.
— Чампа, — сказал Син Фай.
Фан прислонился к нефритовой колонне и зевнул.
— Никогда о нем не слышал.
— Бог смеха, — сказала Ю. — У меня его артефакт.
Син Фай медленно кивнул.
— Я хотела бы обменять его на один из твоих, — сказала она.
Фан рассмеялся.
— Не соглашайся, друг, — сказал он. — Вот последний дурак, который попробовал, — он указал на бога игры, все еще разглядывающего свою крутящуюся монету.
Нацуко встала между ними.
— Артефакты не могут менять руки до подсчета, — она посмотрела на всех троих. — Вы в Тяньмэнь. Лучше следуйте правилам.
Ю пожала плечами.
— Тогда потом, — сказала она.
Син Фай снова кивнул. Он дрожал, но в тепле уже улыбался.
— Уверен, Чампа будет рад, — он закатил глаза. — Он не переставал жаловаться с нашей встречи.
Нацуко рассмеялась.
— В зал для пира сюда, Дайю. Духи принесут еду… и выпивку.
Ю повернулась к другим.
— Вы со мной? — спросила она. — Нам уже нечего бояться друг от друга, а я убила бы ради общества, — она взглянула на Нацуко. — Смертного общества.
Фан оглянулся на своего бога и вздохнул.
— Почему нет? Лучше, чем смотреть, как Ян Ян обдирает кожу на ладонях об монету.
Син Фай поклонился, и когда выпрямился, в его руке был инструмент.
— Для меня будет честью.
Они несколько часов обменивались историями о том, как добыли некоторые артефакты. Ю была рада общению. Она была уверена, что Фан преувеличил свои истории о подвигах и дуэлях. Но она не была против такой лжи, пока она звучала как интересная история. Син Фай был прирожденным рассказчиком, и хоть его истории казались простыми, по сравнению с похвальбой Фана, он рассказывал их так, что Ю хотела услышать больше. Она рассказала им, как сыграла с трупом в карты на монету, украла кольцо у босса бандитов. От последнего Фан хохотал так, что пролил вино. Ю пила только воду. Хоть она хотела выпить, она хотела ясную голову для того, что ее ждало.
Луна поднялась слишком быстро, и почти без предупреждения наступило время подсчета артефактов и объявления следующего тянцзюна.
Глава 36
Бату вызвал их, ошибки не могло быть. Его голос звучал в коридорах Тяньмэнь, и духи бежали от звука. Ю выпила еще раз с другими чемпионами. Они выпили за победу, кто бы ни стал победителем, и пошли в тронный зал. Ю знала путь без подсказок, словно что-то вело ее ноги по мраморным коридорам. Один взгляд на ошеломленное лицо Фана, и она была уверена, что так было не только у нее.
Тронный зал был заполнен сильнее, чем она считала возможным. Сотни богов стояли, ждали, чтобы узнать, кто был их следующим тянцзюном. Некоторые были высокими, другие низкими. Одни напоминали людей, другие — зверей. Некоторые, как Сарнай, отличались. Сотни богов и трое смертных среди них. Нацуко говорила, что смертные не бывали в Тяньмэнь, кроме этого события раз в сто лет. Все боги смотрели на них с интересом.
Ю встала перед Нацуко, Син Фай — перед толстым Чампой. Фан прошел туда, где Ян Ян стояла, женская сторона хмуро глядела на Ю. Она пыталась игнорировать враждебный взгляд, но он впивался в нее. Ю поняла, что скучала по маске. Это было бы щитом, защищало ее и придавало смелости. Но нет, она потеряла маску не просто так. Она вытерпит последнюю часть своего задания без нее. Она примет это как Ю, а не Искусство Войны.
Бату лениво сидел на троне, закинув ногу на подлокотник. У него была оголена грудь, на плечах и груди были пучки золотистых волос, золотые бакенбарды тянулись к подбородку. Его глаза с тяжелыми веками вяло разглядывали собравшихся. Он играл, не обманул Ю ни на миг. Он изображал безразличие, но это была змея, готовая к броску. Длинный посох из красного дерева с железом был прислонен к трону. Судя по шрамам, он много раз был в бою. Нацуко говорила, что боги время от времени воевали между собой, но зачем ему посох тут? Сейчас? Он был повелителем богов. Он точно ничего не боялся.
— Уже пора? — медленно спросил Бату.
Богиня в темно-синем одеянии прошла вперед в мягких туфлях, поклонилась Бату.
— Да, тянцзюн. Луна взошла, — она взмахнула, и облака сверху разделились, показывая полную луну.
— Хикару, — прошептала Нацуко. — Трусливая богиня луны, — она широко улыбнулась.
Бату резко сел и хлопнул в ладоши, звук разнесся эхом по тронному залу.
— Отлично! — его ленивое поведение пропало, сменилось пылом. — Сколько глупых смертных выжило, чтобы увидеть тянцзюна?
Боги притихли, искали в толпе взглядами смертных. Нацуко тихо кашлянула и подтолкнула Ю в спину. Она сделала шаг вперед, другой, вырвалась из толпы и встала перед Бату у подножия трона. Она посмотрела влево, Фан уже не улыбался. Справа от нее Син Фай медленно шагал, ему было не по себе в обществе богов.
— Всего трое? — Бату рассмеялся, но другие боги не присоединились. — В этот раз состязание было кровавым, — он окинул их взглядом, задержался на Фане, еще дольше на Син Фае. Ю показалось, что от нее отмахнулись. — Продолжим. Посмотрим, кто из вас получит честь бросить вызов богу войны.