Я не мог так сказать. Эти слова убили бы Ниу вернее, чем нож под ребро или пуля в голову.
Она-то, эта маленькая чистая девочка, любила меня со всей широтой своей огромной души. И я, оказывается, всегда это понимал — просто не хотел себе сознаваться. Она любила меня так, что этой любви за глаза хватало нам обоим. Она любила — а любовь, говорят, слепа. Я позволял Ниу находиться рядом с собой, готовить для меня еду, ухаживать за мной — а ничего большего этой простой, наивной девочке было и не нужно. Она искренне верила в то, что это и есть любовь.
— Не прогоняй меня, Лей, — из последних сил выговорила Ниу. — Не прогоняй. Пожалуйста. — И вцепилась мне в плечо двумя руками.
У меня не хватило сил на то, чтобы настаивать на своём. Никакие аргументы Ниу не услышала бы. Все их восприняла бы как доказательство того, что она мне попросту надоела.
Я обнял её, прижал к себе. Долго гладил по волосам, бормотал что-то успокаивающее. Подействовало — Ниу не умела долго горевать. Обижаться, кажется, не умела вовсе.
Тот вечер закончился в постели. А потом, когда Ниу выпорхнула из моих объятий, чтобы принять таблетку, я вдруг подумал о том, что понятия не имею, где она будет их добывать, если расстанется со мной. Ниу больше не заключённая Цюаня, она не работает за еду. Она — не боец, не проститутка. Клан снабжает её таблетками потому, что об этом прошу я. И не факт, что продолжит это делать, если мы расстанемся.
Именно тогда я задумался об эксперименте.
А сейчас, лёжа рядом с Ниу, которая выпила вечернюю таблетку и уснула, прижавшись ко мне, я задумчиво смотрел на неё.
И думал о том, что уже больше недели Ниу пьёт не настоящие таблетки. Я подменил их на какие-то дурацкие витамины для укрепления ногтей, которые купил в ближайшей аптеке. Сделав это в первый раз, жутко переживал. Спал в полглаза, готовый проснуться от малейшего писка или жалобы на недомогание. Но Ниу проснулась, как всегда, бодрой и весёлой.
Отсутствие утренней таблетки ей так же не нанесло никакого урона. Хотя я прекрасно помнил Ниу в Цюане — когда она пыталась копить таблетки! Помнил её мертвецкую бледность, круги под глазами. А сейчас — как будто так и надо.
Я думал, что Реншу сумеет внести какую-то ясность. Но он лишь подтвердил то, о чём я и так давно догадывался — никакого секретного антидота у клана нет, избавиться от зависимости нельзя.
Я смотрел на спящую Ниу — и ничего не понимал.
Глава 11. Улика
Убийство Вейжа в своё время, по сути, спустили на тормозах. Нианзу наглядно продемонстрировал, как это бывает, когда убит человек, не входящий в клан, а в убийстве замешан кто-то из «верхушки». В случае с господином бывшим директором Ганом, ситуация была немного иной. Сейчас рядом уже не было великого и могучего Нианзу, который творил, что хотел, ни на кого не оглядываясь. Кто бы ни угробил Гана, у него не было столько власти, чтобы замять дело. И расследование началось.
Джиан привёз меня к одному из административных зданий клана. Меня этот момент позабавил. Надо же, ОПГ, доведённая до абсолюта: со своей администрацией, бухгалтерией, не удивлюсь, если ещё и приёмными днями. Собственно, на данном этапе уже хрен отличишь бандитов от — страшно сказать — государственного аппарата. И задумаешься: а так ли уж велика на самом деле разница?.. Плохие мысли. Опасные мысли. Моей бывшей работе они очень мешали.
В здании я нашёл нужный кабинет, постучался и открыл дверь. В небольшом помещении за столом сидел грустный мужчина лет около сорока, с красными глазами. Он заполнял бумагами картонную коробку, стоявшую на столе, и посмотрел на меня, не отрываясь от работы.
— Господин Лей Ченг, — сказал он. — Телохранитель господина Юна… Меня предупреждали, что ты зайдёшь. Но, к сожалению, мне почти нечего рассказать. Коротко, ситуация выглядит следующим образом. Ган Бингвен находился в номере один. Господин Вейшенг после твоего ухода запер задержанного в номере и тоже отошёл по своим делам. Когда камеры наблюдения вместо спокойно сидящего на стуле задержанного начали показывать его труп, оператор немедленно доложил Вейшенгу. Тот немедленно известил нас. Всё было досмотрено подробнейшим образом, но ничего, что помогло бы нам узнать личность убийцы, не обнаружено. Более того, судя по тому, что орудие убийства осталось на месте, убийца не пытался замести следы. Однако кто он такой, мы не знаем. Моё мнение: это парень не принадлежит ни к одному из кланов, однако при этом он — избранник духа. Впервые с таким сталкиваюсь.
Мужчина тяжело вздохнул и откинулся на спинку кресла. Я сел напротив него, между нами оказалась коробка. Мужчина её отодвинул и устало посмотрел на меня.