К Канэко подбежал молодой парень с глубоким шрамом поперёк опухшего лица. Дежурно улыбаясь, он тихо переговорил с кэндзя, а затем провёл всю компанию к пустым скамейкам, установленным прямо напротив ринга – Руслан сразу понял, что места были просто отличные, и, судя по всему, их придерживали специально для Озему Канэко. Старейшина спросил парня, кто будет драться следующим.
- Ибрагим, - услужливо ответил тот высоким надтреснутым голосом. – Он вызовет желающего из зала.
- Отлично! – хохотнул Хизеши.
- Я сделаю ставку перед началом боя, - сказал Канэко. – Когда станет известен второй участник.
- Как скажете, - подобострастно кивнув, парень исчез.
- Не понимаю, что вы, мужики, в этом находите, - проговорила Аяко, с отвращением глядя вниз, где на ринге два бугая мутузили друг друга.
- Лично я нахожу это место крайне символичным, - отозвался Канэко. – Когда все аргументы цивилизации иссякают, остаётся старый добрый, предусмотренный самой матушкой-природой.
- Насилие? – спросила девушка.
- Разумеется.
- И что в этом хорошего?
- Ничего. Именно поэтому мы и придерживаемся пути сохранения гармонии. Он заставляет думать, прежде чем сжимать кулак.
- Они будут драться до смерти? – спросил Кента, едва Старейшина замолчал.
Руслан взглянул на молодого человека и с удивлением отметил, что глаза у того возбуждённо блестели, а на губах змеилась едва заметная улыбка. Сыну главы клана Куросай зрелище явно доставляло удовольствие.
- Нет, зачем же? – ответил Канэко. – Кому охота возиться потом с трупами? Всякое, конечно, случается, но вообще бой считается оконченным, когда один из противников не может подняться.
- Если тебя уволокли с ринга, а ты этого даже не понял, значит, проиграл, – весело пояснил Хизеши.
Руслан сосредоточился на бое. Один из дравшихся был высоким, накачанным блондином с цветной татуировкой во всю спину. Рисунок толком разобрать с такого расстояния было нельзя: то ли дракон, то ли ещё какой-то монстр. Противник, приземистый и гориллоподобный, кружил вокруг него, стараясь поддеть соперника снизу, но блондин пока успешно защищался. Атаки удавались ему лучше, но понять, кто побеждает, было нельзя, поскольку, хотя обоих и покрывала кровь, бойцы ещё прочно стояли на ногах. Звучные удары раздавались с частотой, достойной тех воплей, которыми награждали сражавшихся зрители.
- Кто эти люди? – спросил Руслан. – Спортсмены?
- Некоторые да, - ответил Канэко. – Но, по большей части, это неквалифицированные и низкооплачиваемые работяги, которым больше некуда выплёскивать злобу на мир, в котором они вынуждены занимать низкую ступень. Толпа внизу тоже состоит в основном из них. Видишь, как зрители горланят и радуются, когда такой же парень, как они сами, получает по морде? Они ещё долго будут смаковать подробности сегодняшних боёв.
- Животные! – презрительно высказалась Аяко.
- Не надо так говорить, - покачал головой Канэко. – Это несчастные люди, которые не нашли своего места в жизни. Возможно, в современном мире для них просто не осталось занятий, для которых они годятся.
- Например, вышибать дух из других людей? – съязвила Аяко.
- Почему бы и нет? Лет триста назад вся эта компания отлично вписалась бы в армию наёмников, - не растерялся Канэко. – Да что триста…
- Угу, сброда всегда хватало, - кивнула девушка, сделав свой вывод.
Старейшина усмехнулся.
- И всё же я считаю, они не виноваты в том, что ведут столь жалкий образ жизни, - сказал он. – А я всё же опытнее тебя.
- Не смею спорить, сэнсэй, - Аяко воздела руки, словно признавая поражение. – Вам, конечно, виднее.
- Вот именно, - кивнул Канэко. – А бой, кажется, подходит к концу.
И действительно, соперники сцепились и покатились по рингу, молотя друг друга из последних сил. И тут явно сказалось преимущество гориллообразного коротышки, потому что его длинные, словно свитые из мускулов руки лупили противника по печени и почкам, время от времени доставая и до головы. Ему тоже доставалось изрядно, но Руслана поразило мелькнувшее на мгновение свирепое выражение его лица, в котором отразилось твёрдое желание победить, во что бы то ни стало. Блондин поскользнулся, пытаясь подмять под себя противника, и потерял на пару секунд опору. Он шлёпнулся на соперника и инстинктивно оперся на руки, прекратив, таким образом, атаки. Коротышка тут же этим воспользовался: согнув ногу, он приподнялся с одной стороны и, помогая себе локтём, перекатился влево. Блондин оказался внизу. Сообразив, что произошло, он прикрыл лицо руками, но горилла уже обрабатывал его с двух сторонпудовыми кулаками. Резким усилием он развёл локти противника и опустил свой лоб на лицо блондина – словно ударил молотом по заготовке. Атака пришлась прямо в нос, коротышка торжествующе зарычал и снова принялся лупить уже практически поверженного соперника по голове. Через несколько секунд блондин потерял сознание и уронил руки. Теперь он был беззащитен, и стало видно, что лицо у него в крови. Противник ударил его ещё раз для верности в ухо и вскочил на ноги, победно подняв руки. Под рёв толпы на ринг забрались двое мужиков и, подхватив проигравшего под руки, уволоклипрочь. К горилле подбежали изрядно выпившие приятели. Они шумно поздравляли его, похлопывая по спине, а затем увели с ринга. Победитель шёл, шатаясь от усталости, но на его лице было написано торжество. Руслан решил, что здесь зарабатывают хорошие деньги, если готовы подвергаться подобным избиениям.