- И чего ты ждал? - недовольно осведомился Старейшина, разворачивая листок. - Конца света?
- Да говорю ж: забыл, - смущённо прогудел Хизеши. - Со жрачкой этой!
- Не вини себя, - сказала Аяко. – Конечно, ты отвлёкся. Мы понимаем, как важна еда в твоём дневном расписании.
Бугай покосился на ведьму, обиженно хмыкнул, но промолчал.
Канэко тем временем прочитал бумагу и резко выпрямился.
- Что?! - не удержалась Аяко, видя, как Старейшина изменился в лице.
- Сама смотри! - Канэко передал ей листок.
Ведьма прочитала несколько строк, взглянула на подписи, подняла глаза на кэндзя.
- Думаете, не подделка?
- Что там такое? - вмешался Хизеши.
- Контракт, - ответил Канэко. - На душу. Правда, аннулированный.
- В смысле? - нахмурился бугай. - Типа тех, что мы у той старухи надыбали, которую какой-то урод расчленил?
- Не типа, Хизеши, - сказала Аяко. - Точно такой же.
- И составлен он на имя Егоровой Алёны Викторовны, - добавил Канэко. - Домработницы Мартера.
- Рекомендованной ему расчленённой старухой, - напомнила ведьма.
- То есть, девчонка продала душу Тэкеши-Они? - у амбала глаза полезли на лоб. - А на вид прямо ангел!
- Ты ещё не так удивишься, когда узнаешь, что ей пообещали за душу, - мрачно сказал Канэко, забирая у Аяко договор.
- И что?
- Березина. Нашего славного Навигатора. Оказывается, девчонка с ним знакома и влюблена, как кошка.
- Думаю, к старухе она пошла как раз за приворотом, - высказалась Аяко. - И та тут же взяла её в оборот.
- Значит, контракты настоящие? - недоверчиво спросил Хизеши.
- На месте подписи заметны сильные эманации Кава-Мидзу, - проговорил Канэко. - Так что, похоже, да.
- Я имел виду: действительно ли эти подписи поставил сам Тэкеши-Они?
- Не вижу серьёзной причины предполагать, что это был кто-то другой, - мрачно ответил Старейшина. – Так что пока примем за рабочую версию, что контракты заключил Тэкеши-Они.
- Почему документ оказался у Риоты? - нахмурилась Аяко.
- У меня есть одно предположение, - сказал Канэко. - Думаю, он забрал его у Мартера, когда выгребал его бумаги. Но это нужно выяснить точно. Как и то, почему контракт аннулирован.
- Ага, - прогудел Хизеши. - Выясним, сэнсэй. Я из Риоты всё вытрясу! - пообещал он, кровожадно впиваясь в остатки бифштекса.
Обед закончили в молчании.
- Пора, - сказал Канэко, взглянув на часы. - Макото должен был всё успеть.
- Да, времени у него было до… полно, - вовремя исправился Хизеши.
Втроём они вышли из столовой.
Аяко знала, что комнаты для допросов находятся не в подвале, как обычно показывают в фильмах, а на предпоследнем этаже. Это из-за того, что в подвале была высокая влажность, и аппаратура могла испортиться. Окна в правом крыле дома заложили кирпичом, а потолок и пол специально укрепили - получилось нечто вроде бункера.
Помимо Ёсиды, на этаже находились члены его бригады техников и охранники.
- Ну что, Макото? - проговорил Канэко, первым выходя из лифта. – Мы вовремя?
- Всё готово, сэнсэй, - кивнул тот, указав на одну из металлических дверей.
Затем перевёл взгляд на Аяко. Брови ямабуси вопросительно приподнялись.
- Она с нами, - сказал Канэко.
- Хай! – Ёсида коротко поклонился то ли ведьме, то ли кэндзя и пошёл вперёд. - Сюда, - сказал он через несколько секунд, с видимым усилием открывая дверь.
Аяко вошла последней. Выглянув из-за широкой спины Хизеши, она вначале увидела Риоту, сидевшего в центре комнаты на стуле. Руки и ноги мага были зафиксированы, глаза широко открыты.
- Пришёл в себя, - прокомментировал Ёсида, - Я вколол ему кое-что, чтобы был посговорчивей.
Оторвав взгляд от бледного, осунувшегося лица мага, Аяко медленно обвела глазами комнату для допросов. Рядом со стулом, на котором сидел Риота, тускло поблёскивали разложенные инструменты. Хизеши подошёл и почти любовно провёл по ним рукой. Хищно улыбнулся, обнажив зубы. Подмигнул ведьме.
- Опять я пролетел со свиданием! – сообщил он доверительно.
Почувствовав тошноту, Аяко прикрыла рот рукой и поспешно выскочила в коридор. Опираясь рукой о стену, она быстро двинулась обратно к лифту. Когда до него оставалось метра два, девушка услышала, как за её спиной с грохотом захлопнулась железная дверь.
Глава 22. Ты нарушил кодекс.
Семён вошёл вслед за Алёной. Она знала, что в кармане страшный человек держит пистолет, а потому шла медленно, как он и велел.
Народу на почтамте оказалось немного - человек пятнадцать. Стояли в разные кассы, так что очереди, считай, были ерундовые.