Яков Фрельман побелел, губы его дрогнули.
- Да ты что, обалдел?! - не выдержал он. - Кто ты вообще такой, чтобы диктовать мне условия? Думаешь, сможешь выйти отсюда с коробкой под мышкой? Бери, что положено, и проваливай, пока я не вызвал своих ребят - они живо приведут тебя в чувство!
Недобро улыбнувшись, Семён вытащил из кармана пистолет.
- Первая пуля достанется тебе, Яша! - предупредил он.
Взгляд его горел, на щеках проступил лихорадочный румянец.
- Ты что?! - прошипел Фрельман. - Понимаешь, что тебе конец? Даже если я дам тебе пятьдесят косарей, ты - труп!
- Это бабушка надвое сказала, - ответил Семён. - Моей сестре нужна операция, вернее, несколько операций, так что выбора у меня нет.
Фрельман сложил руки на животе. Он вдруг успокоился, и это инквизитору совсем не понравилось.
- Поздно, - сказал антиквар жёстко. – Про сестру надо было раньше сообщить. А ты нарушил кодекс.
- И что? - скривился Семён. - Мне забирать коробку с собой?
- Валяй! - кивнул Фрельман. - Всё равно ты далеко с ней не уйдёшь.
Семён поднялся с кресла и взял череп.
- Хорошо подумал? - спросил он недоверчиво.
- Получше, чем ты, - ответил, глядя ему в глаза, антиквар.
Раздражённо пожав плечами, Семён сунул череп в коробку и взял её под мышку. Он не думал, что разговор закончится этим. Был уверен, что Фрельман поломается, поругается, но обязательно раскошелится.
- Ты всё равно не найдёшь покупателя, - предупредил антиквар. - Никто не даст тебе за голову больше, чем мой клиент.
- Вот уж сомневаюсь. Понимающие люди в очередь выстроятся. И вообще, если твоему клиенту эта голова действительно нужна, он сам придёт ко мне. Так что никого искать и не придётся.
- Это точно, - зловеще пообещал Фрельман, ничуть не испугавшись.
Он следил за тем, как инквизитор с пистолетом в руке пятился к двери.
- Прощай! - издевательским тоном проговорил Семён.
Он был раздосадован и злился на себя из-за того, что затеял этот торг. Деньги ему требовались сейчас – откладывать операцию было нельзя. Задержка даже на неделю могла стать роковой.
Фрельман хотел что-то ответить, но вдруг взгляд его переместился за спину инквизитора, рот медленно открылся, а кожа стала белой, как мел. Антиквар судорожно вцепился в край стола, и из горла его донеслось нечленораздельное бульканье - словно слова тонули в охвативших голосовые связки спазмах.
Семён резко обернулся и застыл. Коробка с глухим стуком упала на пол, рука с пистолетом метнулась вверх, раздался оглушительный выстрел, а затем инквизитор дико закричал.
Фрельман с замирающим от ужаса сердцем наблюдал за тем, как из внезапно возникшего на месте двери сгустка мрака выступил высокий бледный мужчина с тонкими чертами лица, ястребиным носом и сверкающими глазами. Он вырвал пистолет из руки Семёна и бросил оружие на пол. Так взрослый отбирает палку у набросившегося на него ребёнка. Затем незваный гость взял инквизитора за горло и приподнял над полом. Фрельман всегда считал, что так бывает только в кино, однако пришелец, кажется, даже не прикладывал усилий. Сцена выглядела попросту невероятной. Семён хрипел и извивался, как змея, но вырваться не мог. Левой рукой, напоминавшей больше чудовищную лапу с длинными кривыми когтями, мужчина принялся полосовать живот инквизитора. Хрип превратился в тоненький вой, от которого по спине антиквара побежали мурашки.
Страшный гость запустил руку в брюшную полость Семёна и вырвал из неё целый клубок кишок. Уронив серую осклизлую массу на пол, он отшвырнул инквизитора в сторону и сделал шаг к столу антиквара.
Якова Фрельмана едва не вырвало при виде того, как на его глазах выпотрошили человека; к тому же, окровавленные внутренности лежали теперь на ковре возле входа, источая жуткое зловоние. Впрочем, от незваного гостя пахло не лучше. Фрельман с трудом поборол желание заткнуть нос платком или хотя бы рукавом.
Человек подобрал упавшую коробку, приблизился к столу и поставил её перед антикваром. Вымазанная красным левая рука царапнула когтями картонную крышку.
- Это доставишь покупателю, - проговорил пришелец гулким, как эхо, голосом, пристально глядя Фрельману в глаза. - А если скажешь кому-нибудь обо мне - умрёшь куда худшей смертью, чем инквизитор. Ясно?
Антиквар нашёл в себе силы кивнуть. Он чувствовал, что, если разговор продлится, он обделается – в кишечнике уже началось опасное бурление.
Однако незнакомец, удовлетворившись ответом, начал отступать, пока не вернулся в сгусток мрака. Как только он исчез в нём, темнота начала рассеиваться, и вскоре уже ничто, кроме омерзительного зловония и трупа на полу, не напоминало о визите зловещего гостя.