14.47, 17 апреля, 2047 г. - третьи сутки после дня "Ч". Северная Марь, Холм Лесного Лешего.
Леший воззрился на меня из-под своих косматых бровей и произнес:
- Ты смотри, смертный! Сам пришел. Хе-хе. Тебе, болезный, жить надоело или голова запасная имеется?
- Ни то и ни другое. Дело у меня к тебе, Лесной Дух. Потому и явился я незваным гостем на твою марь.
- Вона даже как. Дело, говоришь. Только мне-то что до твоих дел?! Я тебя не знаю, и узнавать желанием не горю.
- Что же ты так сразу мне от ворот поворот устраиваешь? Я тащился к тебе по такой жаре через лес, потел как скотина какая, а ты меня даже выслушать не хочешь?! Нет уж, дудки, пока я не узнаю, то, что хочу - никуда я отсюда не уйду.
- Ишь ты, какой самоуверенный, а ну как уносить тебя придется отсюда, да еще и в разобранном виде?! Как тебе такая перспектива, герой?!
- Семи смертям не бывать, одной не миновать, на все Воля Богов.
Лешему, судя по его реакции, мой ответ пришелся по вкусу. Он убавил нотки недовольства в голосе и с большим интересом продолжил:
- Ну, раз так, выкладывай, зачем явился.
- Я ищу оставшиеся части твоего Клепаного Подшитого Доспеха. Как видишь наручни и сапоги уже на мне. И я хочу оставшееся.
- То-то я смотрю, вещички на тебе надеты моему глазу знакомые. Ну, рассказывай, как там тот мальчишка поживает, Игорь Святогорович? От него, небось, сапоги-то получил? Я ему их подарил, собственноручно.
- От него, от кого же еще то?! Воевода он теперь в остроге, и воевода хороший.
- То весть добрая, хороший он человек, и сильный волей и телом..
После этих слов лицо Лешего снова приняло суровое и насупленное выражение:
- А теперь, рассказывай, откуда у тебя наручни мои!
Видимо, и в самом деле случилось что-то между Забавой и Лешим, раз он так реагирует. Когда Забава делилась деталями касательно этого дела, мне показалось, что она многого не договаривает. Предъявлять ей свои неясные сомнения я не стал, но зарубку на память сделал. Нужно, по возможности в этих непонятках разобраться.
Лесной Дух по-прежнему буравил меня взглядом, ожидая моего ответа.
- Мне их Листин дал, в награду за задание!
- Сам? Старший третьей ветви верхних миров?? Чем же такой неуч как ты, мог благодарность самого Листина заслужить - насмешливый голос Лешего подрагивал от еле сдерживаемого им смеха. Ну-ну, смейся, кочерыжка старая, посмотрим, как ты дальше запоешь.
- Я Лесное Эхо из лап Князя Смерти спас - тот ее на нижнем плане в плену держал.
Леший закашлялся и покраснел от натуги, после чего уставился на меня таким взглядом, что я внутренне даже ладошки потер от удовольствия. Получил, дубина стоеросовая, будешь знать, как надо мной смеяться. Молчание длилось долго, я даже стал опасаться, что Леший от удивления впал в полный ступор и разговор наш с ним на этом подошел к концу.
Лесной Дух сидел, заграбастав своей пятерней свою же бороду, видимо крепко задумавшись. На лице его отображалась напряженная работа мысли, глаза уставились в одну точку. Пауза затягивалась.
- Значит Гролл все-таки... Чтоб ему пусто было, мертвяк треклятый...Эй, воин! Чем слова свои подтвердить можешь?
- Да ничем, если на слово не веришь мне, тогда и говорить особо не о чем. Только проку мне от того, что я тебе сейчас совру?! Рано или поздно сам узнаешь правду.
- Ладно, положим - поверил я тебе. Но как именно ты Забаву спас, не поделишься?
- Она на нижнем плане в плену была, мы с Волхвом Тихоном ее вытащили. Гролл вслед за ней свою культю сунул во Врата и остался без руки.
Громогласный смех Лешего разлетелся по болоту, вспугнув лесных птиц из окружающих зарослей. Отсмеявшись, он принялся утирать выступившие слезы:
- Ты, Щитник, ври, да не завирайся. Чтоб такая немочь как ты, Одну из Восьми Лап Мизгиря смогла укоротить. Насмешил, шутник, насмешил - он принялся смеяться с новой силой.
Меня уже это порядком достало, и я подошел вплотную к этому замшелому пеньку. Открыл инвентарь, вытащил оттуда наплечник Князя и активировал режим демо-просмотра. Хоть в названии предмета напрямую имя Гролла и не фигурировало, но в описании предмета была справка о его появлении. Так что этот предмет вполне мог служить подтверждением моих слов. Лицо Лешего замерло подобно восковой маске, лишь левая щека на уровне ноздри подергивалась нервным тиком, пока он читал текст справки по предмету.