Пока зал глазел на появившихся, те прошли к сцене. Федоров приветственно помахал Главному, на лице которого снова проступили красные пятна. Человек в белом уткнулся ему лбом в спину и отступив на шаг назад, молчаливо застыл, так и не подняв головы.
- Здрасьте! - бодро приветствовал собравшихся Вениамин, - простите, мы немного припозднились.
- Таким тоном, обычно требуют извинений, - хмыкнула Настя.
Алена с ней согласилась.
– Веня, какого черта, прости Господи! Я же просил тебя как человека! Прийти одному. Без друзей и без собутыльников!
– Как можно! – деланно возмутился актер и,
развернувшись к своему спутнику, почтительно ему поклонился, — Это моя вторая половина.
Главный замер за столом на подобии окаменевшего божка древних народов.
— Все интереснее и интереснее, - хохотнул Людомиров.
- А вы, молодой человек, попридержите язык, когда находитесь рядом со святым, - Вениамин не удостоил наглеца взглядом, предоставив ему право созерцать свой затылок, - Гуру - мой духовный наставник. Месяц назад я познакомился с ним в предместьях Лос-Анджелеса и с трудом уговорил поехать со мной в Москву. И если кто оскорбит столь важного гостя, будет иметь дело лично со мной, - Он оглядел притихших актеров и, выдержав весьма внушительную паузу продолжил, - Гуру был так любезен, что согласился стать хранителем моей души. Понимаю, что для многих низменных существ, именующих себя человеками, все это звучит как абракадабра, которую они не в состоянии понять по причине косности своего мышления, им я предлагаю, просто поверить в тот факт, что душа существует в виде обобщенной энергии, выделяемой клетками головного мозга и селезенкой. Энергию можно делить, лечить и восстанавливать. Гуру как раз сейчас занимается тем, что восстанавливает утраченную за тяжелые годы жизни силу моей души. Для этого он поделил мою энергию, вобрал в себя ее темную, то есть больную часть и восстанавливает, не щадя себя. До меня он лечил Мадонну и Ричарда Гира. Для тех, кто заинтересовался, я прочту лекцию после нашего собрания.
- А это обязательно, в смысле, чтобы Гуру повсюду за тобой таскался? - неуверенно вопросил режиссер, с опаской глядя на молчаливо покачивающегося человека в белом.
- Не ожидал от тебя, Иван, - Федоров горестно покачал головой, показывая низость падения Главного, - Гуру не таскается, он следует. Поскольку он хранит в себе часть моей души, то, разумеется, я не могу без него.
- Кто бы сомневался, - пробормотал режиссер.
- Может теперь он перестанет пить, - шепнула Настя.
- Или Гуру станет законченным алкоголиком, - предположила Алена, - Может с Мадонной он и справился, но с темными сторонами русской души лучше бы ему не тягаться.
🎭🎭🎭🎭🎭🎭🎭🎭🎭🎭🎭🎭🎭🎭🎭🎭🎭🎭🎭🎭🎭🎭🎭
Напоминаю, что вы читаете детектив! Давайте попробуем предположить, кто же станет жертвой? Пишите в комментариях ваши версии. Потом посмотрим, кто оказался ближе к истине. Сердечки, подписка, добавление в библиотеку поможет этому роману стать ближе к читателю.
Ваша, Анна Трефц
Глава 3.
Движимая исключительно интересом к развитию религии в стране, Алена решила остаться на обещанную Вениамином Федоровым лекцию. Потом она долго кляла себя за столь необдуманный поступок, потому что кроме пространных теорий старого алкоголика, так ничего и не услышала. Информация о новом религиозном течении, прогрессирующим с недавнего времени на берегах Атлантики была крайне скупой. Сам Гуру, которого для круга избранных Вениамин представил как Преподобного Гиви, ограничился лишь молчаливым покачиванием в позе лотоса. Единственная оброненная им фраза содержала лишь просьбу, что те, кто стесняется называть его Преподобным Гиви, могут звать его Отцом Георгием. Мол так понятнее для православных. Собравшиеся с присущей театральным деятелям творческой смекалкой тут же переименовали его в Отца Гиви. Сама же религия называлась не то Православный буддизм, не то Тибетское Христианство. Походило на то, что Федоров и сам не до конца уяснил, какую теперь веру исповедует. Однако аргумент в пользу новой веры он выдвинул весьма ощутимый, признав, что уже неделю, как завязал с пьянством. По заверениям сторожил театра, которые присутствовали на лекции в единственном лице - дворнике Палыче, не понятно как прознавшего про собрание, так вот, по заверениям этого Палыча, такой срок трезвости для Федорова раньше был абсолютно невозможен, “ну, максимум, до вечера, а там уж он, коли не ему не налить аки лев скакал и изрыгал жуткие проклятия, сплошь не литературные” - со знанием дела подтвердил дворник. Сам Преподобный Гиви в этот момент подозрительно икнул и снова качнулся. Предположения Алены о принадлежности Гуру к одной из южных национальностей полностью подтвердились, когда он разомкнул уста и представился с характерным акцентом. Загадкой же по-прежнему оставалось другое, каким образом этот человек попал сначала в Тибетский монастырь (если он действительно там бывал), а уж потом, почему подался именно в Америку, где его и выцепил Вениамин Федоров, приехавший в Голливуд по приглашению старого театрального приятеля, который эмигрировал из России много лет назад. Но как бы там ни было, Отец Гиви теперь находился в Москве и, по словам Главного, мог стать серьезным препятствием в его великой постановке “Гамлета”, так как Вениамин твердо заявил, что Гуру должен быть с ним повсюду, в том числе и на репетициях. В доказательство, Отец Георгий сел прямо в проходе, в ту же позу лотоса и не сдвинулся с места, не обращая внимания на дальнейшие страсти. Собственно говоря, никаких особенных баталий и не было - те, кто оказался не у дел в новой постановке, обижались про себя, чтобы окончательно не подорвать отношения с режиссером. Главный держался молодцом, хотя по красным пятнам, то и дело выступающим на его лице и шее, было видно, как нелегко ему это дается. Особенных потрясений среди исполнителей второстепенных ролей не было, состав остался неизменным, за исключением неожиданности, которая привела в шок всю труппу - на роль Горацио Главный назначил шутника Людомирова, вместо репетировавшего ранее Бахтеева. Впрочем, Бахтеев не обиделся, так как вместо Горацио его ангажировали на роль Лаэрта. На самом деле Лаэрта должен был играть Илья Ганин, но так как он объявил бойкот всей постановке, то его роль пришлось отдать другому. Чтобы как-то загладить вину перед Ильей Главный назначил его Гамлетом во второй состав, но все прекрасно понимали, что брошенная кость изрядно отдает тухлятиной, поэтому ведущий актер театра ее вряд ли благосклонно примет. Скорее уж откажется. Сам Ганин так и не появился на собрании. Офелия все-таки досталась Лине Лисицыной, а Маша Клязьмина потом долго кричала в вестибюле, что это результат искусно сплетенных интриг. На том и порешили.