— Вот как, и что же, он тебе понравился?
Мальчик задумался, пожал плечами.
— Бабушка тоже спрашивала об этом, ну я ей так, по-честному, сказал, нормальный вроде, женщинам не будешь всего говорить, мужское мнение при себе оставил. А вам могу сказать.
— И что же скажешь?
Послушаем тебя Андрей, интересно, какие мысли в детской голове. Ну и дела, вот это внук!
— Ничего так дядька, только вопросы глупые задаёт.
Снова удивил деда Андрюшка.
— Почему глупые? Взрослый человек вопросы глупые не может задавать.
— Ну как? Спрашивает: «Андрей, сколько тебе лет?»
Передразнил Андрей Геннадия.
Сергей Петрович посмотрел на внука: красивый мальчик какой.
— Почему же ты считаешь, что этот вопрос глупый?
— А какой же? Разве не видно, что мне уже лет девять-десять, я же не маленький, чтобы ему на пальчиках показывать, это только дети маленькие три, четыре пальчика показывают, как Шурик в нашем дворе, мальчишка соседский.
— Ещё какие вопросы задавал Геннадий Семёнович? — Сергею Петровичу нравилось говорить с Андрюшкой.
Мальчишка вздохнул.
— Спрашивал, какое у меня отчество. Как вам?
Мальчишка всё-таки налил ему чаю. Поставил на стол сахар, вазочку с печеньем. Чайную ложечку подал.
— Спасибо. — поблагодарил его дед. — Отчество спрашивал, говоришь? Ну, не такой уж и глупый вопрос. И что же? Ты сказал ему?
— Сказал, Геннадиевич, говорю, а сам думаю, ну зачем ему это? Ну что, он меня по имени-отчеству называть собрался? Взрослый дядька меня называть станет: «Андрей Геннадиевич»?
Понятно, почему и возраст, и отчество спрашивал Юдин у Андрея. Мальчишка не понял, конечно, но Некрасову деду понятно всё сразу. Мальчик задумался о чём-то, а потом сказал:
— У меня и дед есть, Некрасов, но мы с мамой к нему не поедем. У них конфликт вышел, у мамы и деда. В общем, я так понял, он не хотел, чтобы я родился. Подслушал случайно однажды разговор такой, мамы и бабушки Клавы. Мама убежала тогда из дома, я так понял, дед вредный у меня. Богатый. А я сказал маме: «Мы сами заработаем капитал, ты пирожки печь будешь, а я продавать». Сначала-то я хотел не так, решил, что отсужу у него, этого деда, капитал, в суд подам, меня Ахмед научил, он дворником у нас работает, а на родине юристом был, а потом решил: «Да ну его, деда, сами разберёмся».
Вот это удар под дых! Подумал Сергей Петрович.
— Вредный, значит, дед? Но ты же не видел его ни разу, может, зря так думаешь?
— Не зря, видно, дед ещё тот зануда, если и мама, и бабушка от него сбежали. От хороших не убегают.
Сергей Петрович покачал головой. Значит, дед вредный? Значит зануда? А ведь и правда вредный. Чего добился своей вредностью? Внук вон и то как рассуждает. Жизненно. Умный пацан.
— Да. Дела. Спасибо тебе, Андрей, за котлеты. И за чай тоже. А где мама с бабушкой?
Где же они, правда? Что-то долго.
— В магазин пошли, мама торт печь собирается, оставайтесь на торт, не пожалеете. — Пригласил Андрей деда. — Они сейчас уже прийти должны.
Хлопнула входная дверь, пришли Вика с Наташей.
— Мама! Бабушка! А к тебе друг пришёл, фамилию не назвал, имя тоже не назвал. Котлетами его накормил и чаем напоил. — Отрапортовал Андрей.
— Друг? У меня нет никакого друга. — Ответила Вика. — Ты кого-то в дом впустил?
— Как нет? И я никого не впускал, он дверь своим ключом открыл.
— Здравствуй, Вика. Здравствуй, Наташа. — Сергей Петрович вышел в переднюю, забрал сумки.
Все прошли на кухню. Сергей Петрович не узнавал дочь, как на мать похожа стала.
— Где такого мальчишку взяла, Наташа? Вот это да! Прямо министр!
— Принц Гамлет. — ответил ему Андрей. — Так меня все в Орле звали.
Сергей Петрович сел на стул. Он никогда в своей жизни так не смеялся, хохотал, как пацан. Наташа отвернулась, пряча улыбку, а Виктория Андреевна обняла внука.
— И что смешного? Ну, в садике так меня назвали. — Андрей, ничего не понимая, смотрел на всех.
— Всё хорошо, Андрюша. — Успокоила его бабушка. — Всё хорошо.
— Знакомься, Андрюша, это твой дедушка, Сергей Петрович. Мой папа. — Представила сыну «бабушкиного друга» Наташа.
Мальчишка хлопнул себя ладонью по лбу со словами: «Вот я попал!».
Часть 3. Юрка из Орла.
Этот Астахов дурака что ли из меня решил сделать? Говорил, что в квартире живут две бабы и мальчишка, порешить всех. А здесь мужик какой-то живёт, своими ключами дверь открыл. Чуть ведь я не попался. Подумал Юрка. Нет, сматываться надо, пробовал, до Юдина не достать, и здесь адрес неверный. Пошёл ты к чёрту, Павел Ильич, я вольный казак, на поезд сейчас и ищи свищи. На фронте и то расстреливать два раза нельзя. Значит, и в мирной жизни так же, один раз не получилось, пусть живут.