Ну разве я дам ей закончить эту фразу? Нет. Я её на руки и... В общем, сколько терпеть можно? Вот и я не вытерпел. Любовь она заставит забыть обо всём на свете, об обиде (это со стороны Наташи), о всех невзгодах и опасностях. Обо всём, вот и мы сейчас обо всём забыли, Наташа лежала рядом, этого для счастья вполне хватит. Страсть так меня сегодня накрыла, волной... Цунами.
— Ты... Не растерял свою хватку, как был обольститель, так и остался. — Сказала мне она.
Мне стало смешно.
— Ты же знаешь, сколько я терплю, с того самого дня, как увидел тебя на кухне в Орле, с того момента, как по лбу ложкой получил, это разве мало? Мне хотелось на кухне тебя... Прямо на столе, Наташка... Ну вот зачем ты такая стала? Красавица? Помнишь, мы с Виктором обедать приезжали? Так вот, он на тебя запал тоже, хотя и женат, «отдай, говорит, её мне», я чуть ему в глаз не засветил.
— Это... Зам твой какой-то? Помню, так он, вроде, видный, но против тебя вообще ничто. Думаешь, я бы с ним? Нет. Гена, а Женя, домработница твоя, она... У вас с ней связь была?
— Нет! Ты что? Да, я видел, что она ко мне неравнодушна, но... Понимаешь, есть в ней что-то такое... Отталкивающее, объяснить не могу.
— Вот как. Помню, как она роль хозяйки на себя взяла: «Ты можешь идти, я сама хозяина накормлю», это когда вы с Виктором Дмитриевичем приехали. Я тогда заревновала даже тебя к ней.
Значит, Наташка любит меня, да я в том не сомневался никогда.
— Это когда я тебя обратно вернул? Помню. Знаешь, мне так найти тебя хотелось. Не сразу, нет, тогда я вообще дурной был, когда годы прошли... Тогда до меня дошло, какую я пакость тебе сделал, да, в общем, не я один.
— Не вспоминай, мы с тобой не опоздаем? Может, уже ехать пора? Я в ванную, а ты как хочешь.
***
В отделении нас вызвали к следователю.
— Проходите, присаживайтесь. Меня зовут Николай Алексеевич, и я думаю, вы, Михайлова, первая должны дать показания.
Наташа рассказала всё, что помнила, при этом всплакнула даже, тяжело, я понимаю её.
После спросили меня.
— Мне позвонил Николаев Харитон, не знаю, как его по отчеству, не знаю, где он номер моего телефона взял, но благодарен ему бесконечно. Сначала думал, что похититель звонит, спрашиваю, сколько заплатить надо, я уж на всё согласен был. Но он сообщил, где Наташа с Андреем. Просил выезжать срочно, мы выехали, мой отец, Сергей Петрович Некрасов, и я. Когда мы приехали, всё уже закончено было, Наташа с Андрюшей освобождены, Астахов в наручниках, шофёр его Белов с прострелянной рукой, Аксинья не пострадала, только под прицелом была, её Николаев на мушке держал. Это всё.
Вскоре и отец приехал, и Сергей Петрович.
— А Андрей почему с вами не приехал? — спросил Николай Алексеевич.
Мы с Наташей переглянулись.
— Он в школу пошёл, не любит пропускать занятия. Переживает. — ответила Наташа.
Следователь подумал.
— Завтра во второй половине дня можете его привезти? Надо поговорить, пусть он не боится, понимаете, дети они обычно больше запоминают моментов в таких ситуациях, когда взрослые понимают, что им грозит опасность, то не видят многое, а детям всё интересно, может, он вспомнит какие-то детали. Может, Астахов что ещё сказал.
— Привезу завтра, часам к трём.
— Хорошо. Значит, говорите, что Астахов рассказал, как его дочь убивала Анастасию Родину? — Переспросил он Наташу, хотя она ему подробно всё рассказала.
Наташа кивнула.
— Да. Мне было так-то страшно, а здесь ещё такое. «Сейчас моя дочь приедет и с тобой разберётся за свою поруганную любовь, Настю Харитонову...», в общем, словом нецензурным назвал. «На тот свет отправила и тебя туда же вместе с сыном».
— О взрыве не упоминал?
— Вроде нет. — Наташа подумала, стараясь вспомнить. — Нет. Ничего такого не говорил. Он только подвигами своей дочери хвалился.
Следователь кивнул головой.
— Скажите, а правда, останки Родиной нашли? Мне просто... Не верилось, что Аксинья, будучи сама женщиной, убила женщину, беременную женщину.
— К сожалению, да. Вчера привезли её отца, он недалеко от Орла живёт, тест ДНК полностью совпал. Вот и всё. Жила молодая женщина, и вот так погибла, её лишила жизни коварная рука, ревнивой, увы, тоже женщины.
***
Ехали домой оба расстроенные, решили сначала за Андрюшей, время-то уже много, скоро занятия закончатся.
— Наташ, расстроилась? — посмотрел на неё.
— Очень, наша история закончилась счастливее, чем у Харитона с Настей. А ты не расстроился?