Я пожал плечами.
— Разве я не человек? Тоже расстроился, но это мы. А Харитон когда узнал? Да он вообще, наверное... Может, надеялся на что-то... На чудо, думал, жива Настя, а теперь... И его жаль очень. Хороший видно человек, Харитон.
***
Сын увидел нас, обрадовался.
— Вы вместе за мной приехали? Как хорошо, а я сегодня пятёрок нахватал, целый дневник, докладываю, не озорничал, на уроках вёл себя примерно.
— За это заслужил поощрения, что тебе больше всего хочется? — спросил его.
Андрюша задумался.
— Гена... Ты мне мальчика не балуй, у него всё есть. Так ведь? — Наташа строго посмотрела на нас с Андреем.
— Мам, ну ты что? Думаешь, что-то сверхъестественное попрошу? Пиццу «Маргарита» можно?
— Это можно. — Засмеялись мы.
Глава 17. Наташа Некрасова.
День начался в нашей квартире, как обычно, с завтрака, мы все сели за стол: папа, мама, Геннадий, Андрюша и я. Папа вообще к нам жить, наверное, скоро сам переедет, а не мы к нему, Геннадий от Андрюши уезжать не хочет, вчера его родители у нас были, говорят: «Ещё мы к вам переедем, и тогда все в сборе будем». Смеются, конечно, но приятно, значит, не против нашей... Как бы выразиться? Дружбы, что ли?
— Наташ, я отвезу сына в школу и на работу уеду, в обед заберу его, и надо к Иванову, он поговорит с Андрюшей в нашем присутствии. — Гена докладывает о каждом своём шаге.
Мне смешно даже.
— Гена, я ведь не жена тебе, что ты отчитываешься передо мной?
— А кто? Жена, пусть не на бумаге, но на деле — да.
— Пап, я готов, поехали в школу. Андрей вышел из комнаты. — Пока, мам. Поцеловал меня сын, он почему-то всегда меня целует, так у нас с ним повелось.
— Счастливо, Андрюш.
— Я бабушке Клаве звонил, она нас в гости ждёт. Сообщил он мне. — Мам, она так обрадовалась, что я ей позвонил, а когда сказал, что расскажу ей историю интересную, сказала, что ждать нас с нетерпением будет. Всех троих.
Приедем, наверное, теперь бояться некого, никто не взорвёт, никто не застрелит, если, конечно, у Гены нет ещё какой-нибудь бывшей, но сдаётся мне, что нет.
***
Я переживаю, вдруг от воспоминаний у сына истерика начнётся, не обязательно со слезами, криком, но может и голос пропасть, и заикание начаться, это ведь не так себе — пережить подобное. Ладно, надо отвлечься, перейти на другую тему. А на какую? Займусь борщом, папа там помидоры свежие с рынка привёз, капусту и всё прочее. Сварю большую кастрюлю, чтобы на всех хватило.
На второе что сделать? Андрюшкины любимые котлеты? К ним можно гречку, или макароны, или пюре. Быстро приготовила все продукты и занялась привычным делом, пока мясо варится, тесто замешу, пирог с капустой и грибами сделаю, как тётя Клава учила, капусту пошинковала и на сковороду, пусть жарится на медленном огне почти до готовности, с грибами проще. В общем, завертелась возле плиты с кастрюлями и кастрюльками, сковородами и сковородками, час через три почти всё готово, пирог только в духовке пока. Вот так, Наташка, сказала сама себе, мы всё можем.
***
Первая приехала мама, после Геннадий с Андрюшей, а после всех папа, он не пропускает мои обеды.
--- Наташ, меня знакомые звали на обед в кафе, а я сказала: «Извините, девочки, я домой, разве в кафе сготовят так?» Нет. Я твой борщ полюбила. --- Мама хвалит мой борщ. --- И не только. Наташка, ты золотая хозяйка получилась, в отличие от меня. Я не такая
Мне смешно стало. Да когда же ей хозяйничать, у неё повар есть, домработница, папа маме жизнь бесхлопотную обеспечил.
— Зато ты хороший психолог. Вот тарелки, ставь на стол, сейчас разливать борщ будем.
Дверь хлопнула, мои пришли.
— А чем так вкусно пахнет у нас? — Андрюша втянул воздух носом.
— Пирог с капустой и грибами.
Безошибочно определил сын.
— Ну ты у нас тоже, наверное, поварить будешь, Андрей? По запаху определяешь, какой мама пирог испекла. — Дедушка его всё испытывает на прочность. Андрей не поддаётся.
— Да, я определяю. Поживёшь, дедушка, с поварами, всё различать научишься, а я с двумя жил, с бабой Клавой и мамой.
Ну вот умеет сказать. Дед снова засмеялся, он последнее время смеяться стал. Научился наконец-то, а то вся жизнь у него в мрачных тонах, почему? Вечно какие-то дурацкие нотации, вечно учил, как себя вести и что носить, всегда одевал меня...
Говорить даже не хочется во что. Да взгляни ты веселее на жизнь, она ещё и яркие цвета имеет. В ней и дети есть, и юные люди, не только среднего и пожилого возраста, у них и мода разная, и стиль одежды. Нет. Купит, бывало, одежду мне, она на женщину сорокалетнюю, а ведь мне-то семнадцатый год тогда шёл. Носила, деваться некуда было, пока не сбежала.
Обедали снова все вместе, молча борщ съели, котлетки с пюре и пирог с чаем.