Слежку Артем приметил на станции метро «Пушкинская». Молодой человек, отиравшийся рядом все время поездки и изредка вздыхавший, будто больная корова, вышел следом и потопал за Тарасовым. Запах пота исходил от соглядатая. «Метод работы комитетский, — подумал Артем. — На нервы нажимает. Да не на того напал…»
Артем резко свернул на боковую улицу и прибавил шагу. Он не ошибся: сзади замаячила фигура соглядатая. Тарасов резко развернулся, ухватил потного молодого человека за ворот и припечатал к рыжей оштукатуренной стене.
— Чего надо, говори?! — просвистел Артем, когда-то научившийся этому нехитрому приемчику у блатных.
— Не выделывайся, майор! — Соглядатай не подавал признаков агрессии, только дернул шеей, высвобождаясь. — Меня послали — бывает… Впервой тебе, что ли, под колпаком ходить?
— Кто послал?!
— Не прикидывайся, майор! — ухмыльнулся уверенный в своей безопасности тип. — Кто надо, тот и послал: ка-гэ-б-э-э-э! — протянул он нарочито противным голосом. — Понял, да?!
Это «понял» особенно обозлило Тарасова. Артем отпустил ворот молодого человека, отступил на шаг и с размаху въехал тому ногой в промежность. Хрипло рыкнув, соглядатай упал на колени, хватая ртом воздух.
— Передавай привет своему «ка-гэ-бэ»! — С этими словами Тарасов повернулся спиной к поверженному противнику и зашагал обратно к проспекту.
«Мой послужной список явно прошерстили, — понял Артем. — Да и не скрываются особо… То ли Ларичев все это придумал, то ли, помимо Ларичева, российско-китайскими отношениями кто-то интересуется…»
Проходные дворы. Облезлые стены. Зловонные мусорные баки. Центр вроде бы, да только зайди за угол — и встретит тебя гниль и глушь беспросветного московского житья.
Раньше здесь можно было купить дозу — вот здесь должен быть подъезд, а на первом этаже хитрая квартирка с черным ходом…
«Адвокатская контора «Виктория» — прочел Тарасов на стальной подъездной двери и нажал кнопку интеркома.
— Мне Коля нужен, — заглянув в око камеры наблюдения, сказал Артем. — Он тут жил раньше. В тринадцатой квартире…
Дверь щелкнула. Тарасов вошел в прохладный, отделанный сайдингом холл. Ему навстречу вышел блондин с глубокими залысинами и вяло пробормотал:
— Надо же, сколько лет прошло, а до сих пор Колю спрашивают!.. Съехал твой Коля, друг. Квартиру нашей конторе продал и съехал. В позапрошлом году. А куда — черт его знает, наркомана конченого…
Дверь защелкнулась за спиной Артема, и тут же кто-то хватил его за рукав.
— Товар ищем? — прошелестел вкрадчивый голос. — Для себя или оптом — для друзей? Да ты не тушуйся — я вместо Коли тут промышляю. Место набитое, хорошее…
Серые щеки, серые губы и тусклые глаза, мятая рубашка поло, возраст — хрен поймешь… С первого взгляда узнав раба белого змия, Тарасов ответил:
— Мне переговорить кое с кем надо. Думал, через Колю…
— А Колю покойного откуда знал? — насторожился серолицый тип.
— По ИВЗ, — не моргнув глазом ответил Артем.
— А-а, понятно… — протянул дилер. — Купить много хочешь?
— Типа того…
— Постой здесь — я сбегаю кое за кем…
И серолицый неверной походкой заторопился по двору, а потом исчез за грудой битого кирпича. Артем только выкурил сигарету, а дилер уже вернулся и сказал, деловито поджав губы:
— Пошли. Только говори по делу — там люди у меня занятые…
Занятые люди в числе двух сидели в кремовом «Опеле» и тут же прогнали серолицого с глаз долой. Тарасов вольготно сел на заднее сиденье, сплел пальцы рук и хрустнул. Все говорило о полном спокойствии и некоторой наглости неизвестного клиента.
— Ну, сказывай, кто ты есть, — бросил сидящий за рулем лысый тип с бугристой шеей и ломаными ушами, похожий на боксера.
— Человек, — отозвался небрежно Артем. — У вас проблемы, ребята!
— Я ж тебе говорил: мент! — воскликнул второй тип, потер ладонью небритую щеку и, не оборачиваясь, бросил: — У нас, начальник, мир-дружба с кем надо, так что канай отсюда.
— У вас большие проблемы, ребята, — повторил Тарасов.
— Валишь отсюда, ну?! — прикрикнул «боксер».
— Китайцы вас кинуть хотят, — демонстрируя осведомленность, продолжал Артем.
— Чего слушать эту ментовскую рожу?! — зло воскликнул небритый.