— Твои, да?
Вопрос был адресован Тарасову.
— Не узнаю, — так же спокойно отозвался Артем. — Может, все-таки твои?
— Мои на красный свет не ездят, — то ли в шутку, то ли всерьез сказал «боксер».
Наконец «Опель» сделал непонятный финт, — крутанувшись почти на месте, он с разгона устремился во встречный поток движения. Вой сигналов, отборный мат и визг тормозов остались позади. Отстала «Хонда».
— «Место встречи изменить нельзя»! — ни с того ни с сего заржал кудрявый, иронически поглядывая на Артема. Тот выдержал взгляд.
— Глаза этому завяжи, — скомандовал «боксер».
— А если на нем маячок имеется? — спросил небритый тип, лихо ворочая рулем.
«Боксер» не ответил.
Кудрявый тем временем затягивал на затылке Тарасова жаркую тряпку, провонявшую машинным маслом.
Оставив в стороне несмолкающий гул трассы, «Опель» мягко скатился на грунтовку и минут тридцать колыхался по ней. Потом машина встала. Прогудел сигнал. В ответ лязгнули профнастильные легкие ворота, и «Опель» осторожно тронулся. Уже через несколько секунд «боксер» с облегчением сказал:
— Приехали.
Повязку с лица Артема сдернули, и он с облегчением помотал головой, стряхивая капельки пота.
Они находились на территории какой-то полузаброшенной то ли стройки, то ли промзоны: об этом говорили серые бетонные стены недостроя и ломаное ржавое железо вокруг. Проплыла вдалеке сутулая тень в оранжевом жилете: сторож.
Братки, тихо переговариваясь, выгружались из «Опеля», разбредались по свободному от строительного хлама квадрату, занимая каждый свою позицию.
Артем потянул носом: пахло как на переднем крае — бензином, мужским потом, смешанным с одеколоном. Только люди вокруг были не в камуфляже, а в светлых, налипших на спины рубашках, без пиджаков, и вместо бэтээра их за спинами ожидало кремовое авто…
— Бабки проверь! — бросил «боксер» небритому, и тот, кивнув, полез в багажник. На свет явился битый дипломат с одним сломанным замком и припухшей от прущего наружу содержимого. Кудрявый понаблюдал за коллегой и в свою очередь запустил руки в нутро «Опеля».
— Отойди туда! — «боксер» указал Тарасову на дальний угол площадки.
Братки разбирали из багажника автоматы Калашникова. Безоружным остался только «боксер»: он стоял над дипломатом с бабками, орлиным взглядом озирая окрестности.
Китайские друзья должны нагрянуть с минуты на минуту.
— Эй, пацаны, вы неправильно встали, — обращаясь прежде всего к «боксеру», сказал Артем. — Если оттуда стрелять начнут, всех положат.
— Стрелять — если придется! — будем мы, — отозвался «боксер». — И не звони больше, я нервничаю! И сумку свою на землю поставь — косоглазых раньше времени напугаешь, турист!..
Братки дернулись: зазвонил мобильный в руках «боксера».
— Едешь?.. Хорошо, ждем… — спокойно проговорил тот в трубку. — Да, деньги на месте… Ты ж меня знаешь, Сяо…
Обернувшись и дернув щекой, «боксер» рыкнул:
— По местам, мать вашу! Чего зенки распялили, гопота замкадная!
Артем присел над сумкой, прикурил от зажигалки, незаметным движением расстегнул молнию. Сейчас его наполовину скрывала груда битого кирпича. Зажигалку Тарасов повертел в руках и оставил в ладони.
Сторож прохрустел ботинками по гравию: в просвете ворот замаячил бампер автомобиля. Прогудел сигнал. Сторож торопливо вынул скобу и потянул створку. Колыхнувшись корпусом, въехал на площадку осанистый «Лексус».
«Похоже, это и есть Сяо, которому звонил бугор», — догадался Артем. Китаец, спрыгнувший на гравий, был тонок и подтянут, а на затылке имел черную тощую косу, завязанную узлом. Хищно раздувая ноздри, косоглазый оглядел вооруженных братков, остановил взгляд на скрестившем руки на груди «боксере» и, по-видимому, остался доволен. Сяо махнул рукой, и из «Лексуса» выбрались еще двое — кажется, безоружных — китайцев.
— Товар привез? — не меняя позы, спросил небритый.
Не отвечая, Сяо сделал несколько пружинистых шагов и остановился перед «боксером».
— Это кто у тебя? — мельком спросил Сяо, кивнув в сторону Тарасова. Китаец говорил по-русски совсем без акцента.
— Консультант по порошку, — вместо «боксера» ответил кудрявый браток и шмыгнул носом.
Китаец снова кивнул, а его подручные уже тащили из салона облитый пластиком мешок, за ним второй…
— Проверить надо, — уронил «боксер».
Сяо поморщился.
— Ты у меня товар пять лет берешь. Мне не жалко: смотри, конечно. Но зачем фабричную упаковку портить? — досадливо проговорил китаец.