— Черт, приказа-то еще не было, а ты туда же! — ругнул себя Тарасов и тут же понял, что приказ непременно придет и не отвертеться ему от множества дел-хлопот, которые прилагаются к солидной должности командира «Гаммы».
«Самолет звенел и дрожал, двигался по бетонному полю. Калмыков прижался лицом к иллюминатору. Из неба, из синевы возникали военные транспорты, снижались, касаясь земли, выбивали клубы резиновой гари, удалялись…» Строки из книги Александра Проханова «Дворец» поплыли перед сонными глазами, и Артем отложил книгу.
Сегодня в качестве исполняющего обязанности командира он впервые остался в «Шишкином лесу». Завитушу как языком слизало. Подполковник и дела-то толком не передал: сославшись на занятость, поручил это неприятное дело заму по воспитательной работе. Тарасов не обижался: он простил Завитушу. Да ведь всегда был здесь чужим бывший связист, неведомо как оказавшийся на должности комбата самого боевого подразделения России…
Сейчас, в три часа двадцать две минуты утра, он подводил итоги, туша окурки один за другим в переполненной дымной пепельнице. Последние недели и последние случившиеся смерти заставляли задуматься если не о вечном, то о насущном. Еще один кувырок судьбы — теперь он комбат «Гаммы», персона, лично известная президенту, офицер, вхожий в высокие кабинеты Генерального штаба. Вторую звезду на погоны скоро повесят… Но Артем знал, что судьба в обмен на свои милости требует ответных шагов. Что будет нужно людям, вершащим судьбу половины мира, от майора Тарасова?
Забытая в пепельнице сигарета пускала в потолок струйку дыма, превращалась в седой пепел. Белый телефон прямой связи мигнул ядовито-красным огоньком. Артем снял трубку.
— Майор Тарасов, слушаю вас!
— Боевая тревога! — скомандовал глуховатый голос офицера из Центра связи. Сколько раз Артему приходилось слышать его, но он никогда не видел лица этого человека.
— План «Воздух»! — услышал Тарасов вторую фразу. Это означало, что сейчас в двадцати километрах на юго-восток могучие транспортные «илы» прогревают моторы, мечутся техники, а выдранные с корнем из теплых постелей пилоты слушают секретный инструктаж.
— Понял вас, «Первый», — отозвался Артем.
И вдруг глуховатый голос офицера-связиста, сменив суровый официальный тон на почти дружеский, доверительно добавил:
— Снова Кавказ, товарищ майор… — В трубке тут же раздался гудок отбоя.
Тарасов снял трубку внутренней связи.
— Командир дежурной службы слушает… — проворчал недовольный голос капитана Суханова.
— Суханов, боевая тревога! — Артем механически продублировал команду Центра и от себя сухо добавил: — Штабной «газик» — в Химки, за командиром автороты. Офицеров вызывай по списку. Дежурного прапора — ко мне!..
Мир для майора Тарасова теперь сузился до размера циферблата «командирских» наручных часов, и по этому фосфоресцирующему циферблату побежала суетливая секундная стрелка. Застегнуть крючки на вороте кителя, натянуть камуфляжное кепи — одна секунда. Проверить, закрыт ли сейф, — еще секунда. Подхватить загодя уложенный дежурный кейс — еще секунда…
За черным окном над плацем полыхнул белый свет прожекторов. «Шишкин лес» осветился и пришел в движение. Их ведь готовили именно к этому — вскочить по тревоге, собраться с мыслями и силами и выстроиться на плацу монолитными шеренгами, выслушать боевой приказ командира… Сейчас главным было не помешать отлаженному движению военного механизма и только подталкивать застревающие зубчатые колесики…
Через три минуты Артем стоял в перекрестье белых линий на плацу, наблюдая, как со стороны казарм бегут пятнистые фигурки солдат, подгоняемые хриплыми окриками сержантов. Заурчали боевые машины за редкой оградой автопарка. Командиры рот принимали доклады дежурных. На миг Тарасову показалось, что он слышит невероятно далекий гул транспортников на аэродроме. Крылатые машины готовы принять десант…
— Ну, с богом, мужики! — негромко — так, чтобы никто не услышал, проговорил Артем.
— Вам радиограмма, товарищ майор! Большой штаб! — Веселый бортрадист округлил глаза и поднял взгляд к потолку, показывая, насколько большой штаб прислал весточку.
«Майору Тарасову. Назначаетесь командиром отдельного батальона № 36–17. К исполнению обязанностей приступить…» Чего и следовало, собственно, ожидать…
А за клепаным корпусом «Ила» плыли кучевые облака. Собирался дождь, который прольется где-нибудь над Рязанью. И, раскрывая зонт, прохожий россиянин услышит высоко в небе удаляющийся гул мощных моторов. Артем прижал лоб к иллюминатору и попытался сосредоточиться на полученном задании, но ему мешали недавние воспоминания.