– И как, получается? – криво усмехнулся я, несколько озадаченный полученной информацией. Я, конечно, думал, что будет реакция на предоставленную информацию, но, чтобы такая тупая, не предполагал. Американцы в очередной раз разочаровали меня своей прямотой.
– А как же, – удивился тот. – Сам недавно удавил одного. Хотел, чтобы его подвёз, вот я его и подвёз, потом тело в воду сбросил.
– Ты особо подробностей не выбалтывай, с детьми всё же еду, – нахмурился я.
– Да они спят, я поглядываю на них, чтобы не вывалились.
Обернувшись, я был вынужден согласиться, все дети спали. В это время мы повернули на очередном повороте, пропустив идущую навстречу ещё одну группу митингующих, у них был транспарант, и подкатили к небольшому каменному дому, у которого возница натянул поводья.
– Приехали. Тут живёт вдова офицера, что воевал на стороне Юга и погиб. Она сдаёт комнаты. Тут они приличные, с кормёжкой, и плата не особо большая.
– Сам за Юг воевал? – прозрел я.
– Угу, сержантом был, – кивнул тот и, с кряхтением спустившись на землю, направился к дверям, пока я будил детей.
Я собирался эти пять дней прожить в Нью-Йорке, но слова возницы о том, что моё фото свободно ходит по городу, поставило на этих планах крест. Завтра с утра уберёмся из города и будем искать другое место для того, чтобы переждать. Главное мы на месте, до точки с туннелем меньше десяти километров от окраин города, так что пока всё в норме, а что завтра будет, увидим. Да надо ещё добраться до точки, где появится туннель, осмотреть там всё, ознакомиться, так сказать, с местностью. Посмотрим, в общем.
На стук возничего в дверь открыли не сразу, но всё же открыли. Это была дородная женщина в обычном платье служанки и чепчике. Я бы не сказал, что она была испугана, да и с возницей беседовала вполне спокойно. Видимо, волнения в городе их пока не коснулись.
К этому времени я уже разбудил детей, оказывается, Гена и Денис не спали, и поставил их на немного грязную брусчатку. После этого мы направились к входным дверям. Конечно, следовало сначала узнать, подойдёт нам это место для проживания или нет, но оставлять детей в коляске одних на тёмной, плохо освещённой улице хотелось ещё меньше. Тут вон, личности подозрительные ходят, негров ищут.
– Добрый вечер. Меня зовут Сергей Поплавский, я промышленник из Польши, – поздоровавшись с женщиной, кратко представился я. – Как у вас с комнатами? Есть в наличии?
– Три комнаты, молодой господин, – кивнула та, несколько странно взглянув на меня, как будто пытаясь вспомнить. Свеча, что горела в её руке, ей особо не помогала, я находился в тени.
– Тогда нам самую большую комнату.
– Вы подоспели вовремя, как раз ужин.
– Не стоит беспокоиться, у нас своё, – вежливо отказался я.
– Проходите, я пока извещу хозяйку, – посторонилась служанка и направилась по коридору в соседнее помещение, где послышался тихий разговор. Расплатившись с возницей, я только вздохнул, заметив, что Гена стоит в коридоре с планшетом в руках и что-то делает.
Возница это тоже заметил и уставился на меня.
– Черного президента в Америке будущего звали Барак Обама, найдёте кого с такой фамилией, давите.
В это время появилась домработница и тоже заметила техническое средство в руках сына. Похоже, вся маскировка пошла насмарку. Возница кивнул моим словам и направился к коляске, а я прикрыл дверь и повернулся к замершей служанке.
– Ой! – только и сказала она и снова исчезла в соседнем помещении. Оттуда снова донёсся шепот, но быстрый.
– Ну и хрен с ними, – пробормотал я.
Потрепав сына по макушке, тот дёрнул головой, чтобы я не мешал, присел и, достав со склада бахилы, начал надевать их на обувь детей. Про себя я тоже не забыл. Не хочется тут раздеваться, а портить ковровую дорожку на лестнице не стоило.
Пока я возился с детьми, хозяйка со служанкой, видимо, пришли к какому-то выводу, так как появились обе. Хозяйка не была вдовушкой семнадцати лет, эта эпоха минула лет тридцать назад, но судя по следам былой красоты, в своё время была вполне ничего. Я только сейчас рассмотрел, что и хозяйка, и служанка были рыжими.
– Здравствуйте, – первым поздоровался я, меня нестройно поддержали дети. – Михаил Солнцев, путешественник. Тут нахожусь инкогнито.
– Доброго вечера. Мадам Роза Сальери, – кивнула та, изучающе разглядывая меня и мельком осмотрев детей. – Ваша комната будет готова минут через десять, а пока прошу присоединиться к нашему ужину.