В ту же секунду изнутри жилой зоны послышались равномерные удары в дверь. Ухватившись за рукояти мощного тарана, двое крепких парней с усердием молотили им в область электронного замка.
— Живыми взять! — неожиданно властным голосом отозвался динамик в ухе.
— Не бойся, — шепнул я девушке, — теперь я тебя не оставлю.
Положил руки на рычаги управления и решительно шагнул в поджидавшую нас внизу трёхсотметровую бездну…
Время нахождения в воздухе подобного аппарата весьма ограниченно. Всё, что можно из него выжать уложится в десять минут полёта. И это с учётом полной заправки баллонов. Конкретно наш продержался в небе семь. Принимая во внимание лёгкую перегрузку, ранец не подвёл. В финальной фазе спланировал в заранее условленное место, где нас уже поджидали Оса с сияющим от радости Маротовым.
Дальше была поездка к старому, расположенному далеко от центра Москвы дому и вот мы стоим в одной из его пустующих, давно оставленных прежними жильцами, комнат. Взявшись за руки. Как в далёком 1942-ом.
В пространстве перед нашими лицами висит "Flüstern". Сейчас он вращается хаотично, очень медленно, словно раздумывая, в какую бы ещё сторону повернуться в следующую секунду. Его края покрыты густым слоем инея, отчего зрительно Диск воспринимается пушистым, а в центре, там, где лучи сходятся в одну точку, трепеща слабыми язычками пламени, горит Огонь.
Даринэ опустилась перед ним на колени. Держит голову склонённой и, едва заметно шевеля губами, просит:
— Альфа-а-адэр. Хэйр тубай ну-укэр. Латвуньэ ма-а-рэ. Файр эйтле трэй мэйндэс стад. Латулан, бай дэвэ-э — эрэ вэйриан дэ у-усэ. Главэ фри-идэр. Вэрэ истад, Альфа-а-а-адэр.
Она умоляет. Кого-то невидимого, но вероятно очень могущественного. Со слезами на глазах рассказывает, что теперь она не одна. Даёт понять, что без нас не уйдёт. И снова просит. Стеная. Надрывно томя сердце. Молит за нас всех…
**********
За столиками атмосферного ирландского паба на Большой Никитской в это время суток было не многолюдно. Зашедший пообедать молодой человек в майке от "Nice", девчонка в рваных джинсах с перемешанными птичьим гнездом волосами на голове, ну и пара уплетающих пряные свиные ребрышки под "Cosmopolitan" мужиков в кожаных куртках. Ах да, ещё в "Читальном зале" заведения расположился ищущий уединения интеллигентного вида старик с массивной чёрной тростью в руках.
— "К другим новостям дня". — Сообщала посетителям пивного ресторана элегантно одетая ведущая с экрана, висевшего в углу плазменного телевизора. — "Сегодня утром, в одном из включённых в правительственную программу реновации жилья домов на окраине Москвы были обнаружены тела троих человек. Двоих мужчин и женщины. Следственным Комитетом Российской Федерации начато расследование. По предварительной версии причиной смерти стало длительное кислородное голодание. Детали произошедшего не уточняются.
Личности всех троих установлены. Артём Демров. Чемпион России. Мастер спорта по боксу. Актёр театра и кино Виталий Мажков и неоднократная участница международных байк фестивалей 23-летняя Марта Дашкевич, в кругах любителей железных коней больше известная как "Marada".
Многочисленные вопросы вызывает тот факт, что ранее все они считались пропавшими без вести. Какая именно причина послужила поводом к трагическому финалу и почему все эти люди к моменту гибели оказались в одном месте предстоит выяснить следствию."
Парень и девушка в изодранных штанах неоправданно громко чокнулись бокалами с пенным, одуряюще пахнущим пивом, чему-то многозначительно улыбнулись и с наслаждением пригубили ароматный напиток. Остальные присутствующие в пабе мужчины никак не отреагировали на полученную информацию. Бармен равнодушно потянулся к пульту, попутно смахнул со стойки только ему одному видимые пылинки и вывел на плазменную панель трансляцию какого-то не слишком то и важного футбольного матча…
26
Цепи. Их прочные, не имеющие замков и разъединений, тяжёлые звенья. Испещрённые странными символами наручи на запястьях. Широкий обруч на шее и пара таких же на щиколотках ног. Соединены воедино особым, глухо бряцающим при ходьбе металлом. В местах креплений к кольцам рук чуть менее толстым.
Я двигаюсь во главе колонны. Среди таких же, как сам, порабощённых воинов. Высоких и сильных. Шаги, терзающим душу лязгом оков, лишают сил. Их кандальный перезвон слышен повсюду. Спереди, сзади. Слева и справа. И далеко за моей спиной.
Пленников много. Нескончаемые вереницы выстроенных в линии людей. Поникшие головы, угрюмые лица, обессилено провисшие плечи. Не все держатся в строю. Раненых ведут под руки. Тяжёлых несут на сложенных в подобие носилок ветвях деревьев. Большинство без сознания. Покалеченные тела. Окровавленные конечности. Разбитые головы.
Боль и горе. Осознание тяжести поражения. И общее, давящее своей безысходностью, чувство потери. Отныне все эти люди — рабы. Живые реки пользующегося особым спросом товара. Среди тех, кто развязал войну, он в цене. Пройдет время, всех нас разделят. Раздадут победителям вместе с местными землями, как заранее обещанную награду.
Женщин определят в отдельную группу. Часть из них отправят на хозяйственные работы, часть отдадут в прислугу, ну, а молодых и красивых пустят на увеселение воинов. Подарят тем, кто заслужил поощрение. Элите инсектов. Свите правителя и высшим командирам.
Вдоль верениц пленников движутся мрачные, шестиконечностные гексаподы. Какие-то нереальные, апокалипсические существа.
"Хрень редкостная", — будь рядом, сказал бы Маротов.
Огромные, неповоротливые на первый взгляд тела. Тяжёлые морды. Прочные, напоминающие хитин, пластины на затылке. На самом же деле движения таких тварей стремительны. Настолько, что даже опытным воинам трудно на них реагировать. Не будь у хищников шокирующего своим видом, клювоподобного, разделённого на четыре равные доли, рта, их можно было принять за мутировавших в развитии муравьёв. Однако, скрытая под мощными желвами и усеянная острейшими зубами-крючьями пасть делает облик чудовищ по-настоящему ужасающим.
Четыре, расположенных на концах подвижных стеблей, глаза. На фоне безобразных туловищ насекомых, поражающих своим осмысленным выражением. Они втягиваются в ниши черепа в случае опасности. Гексапод видит окружающий мир в разных измерениях, поэтому скрываться от него бессмысленно. На узких спинах по паре крыльев. Предназначенных для отвода тепла и общения друг с другом. Биомеханика движений странная. Абсолютно лишенная плавности. Угловато передающая идущие от конечностей усилия. Отчего твари двигаются судорожно. Словно в конвульсиях. Но, как показала практика, именно такая механика и позволяет достичь молниеносных перемещений в пространстве.
Командующие ими харды другие. Их меньше, чем муравьёв-мутантов, однако они значительно агрессивнее. Голова у главенствующих инсектоидов яйцеобразная с овальными глазами и короткими усиками на макушке. Но тело, если не обращать внимания на непомерно длинные, имеющие с наружной стороны костяные лезвия руки, выглядит практически человеческим. Вид хардов отталкивает. Рот прячется за шипастыми челюстями, а затылок закрывают две, такие же, как у гексаподов, касающиеся друг друга, хитиновые пластины.
— Рад видеть тебя живым, Громан. Мы уж думали, вы все погибли. — Идущий слева воин незаметно коснулся моего плеча.
Судя по тому, что я здесь, Боги Даринэ услышали. И в этот раз Переход дался нам много легче предыдущего. Я уже знал, чего ожидать. Поэтому заранее приготовился к трансформации. Не терял связь с реальностью, не играл с сознанием, не насиловал память. Просто одномоментно ощутил себя в новом Мире. Пленённым, и закованным в кандалы. Как, и сотни людей вокруг, идущим в город. На казнь, либо на унижения со стороны победителей.