Кирилл: Вскоре огни набережной заблестели на горизонте. Все парковочные места, как назло, были заняты. Благо удалось найти недалеко крытую парковку.
Василиса: Мотор стих и спутник переключил своё внимание на меня. Спустя мгновение он наклонился и пару секунд смотрел прямо в глаза, будто ища в них что-то. А потом, не отрывая взгляда, потянулся к моим волосам.
Кирилл: Я потянул за карандаш в её волосах и локоны, обретая свободу, рассыпались по плечам. За её замешательством забавно наблюдать.
- Так лучше, — не сдержал хитрую улыбку.
Василиса: Мои брови поднялись в недоумении на его вольное поведение. Странный он какой-то сегодня. Может это его новая игра, вроде обмена колкостями?
- Ах, я и забыла, спасибо.
На лёгких волнах покачивался пришвартованный теплоход. Перейдя шаткий мостик, связывающий пирс и судно, мы оказались в уютной зале, оборудованной под ресторан. Нас встретил и проводил приветливый метрдотель. На удивление, единственными посетителями оказался наш дует. Где же все, на кого Кирилл хотел произвести впечатление счастливой супружеской пары? Тем временем, “муж” отодвинул мне стул, а затем и сам занял место за столиком. В помещении царил лёгкий сумрак, тревожимый лишь развешенными там и сям фонариками. Услужливый официант принял наш заказ и спешно удалился. Судя по звукам, судно отшвартовали и мы нашей небольшой командой пустились в плаванье.
На небольшой возвышенности, представляющей собой сцену, джазовый ансамбль вальяжно наигрывал протяжные аккорды, перебирая струны и клавиши. В качестве закуски нам принесли корпусные конфетки в виде речной гальки, подвешенные в сетке из изомальта, на съедобной фигурке кораллового рифа покрытого клюквенной пылью. Я откусила один “камушек” и уловила освежающее сочетание из сыра и розмариново-лаймовым желе. Со слов официанта узнала, что здесь на кухне творит обладатель мишленовской звезды. Он в основном специализируется на французко-азиатской кухни и для каждого сезона пишет новое меню, блюда из которого больше не повторяются в последующих годах. Так что ожидание эксклюзивных и нетривиальных сочетаний вкусов будоражило воображение.
Играя с хрустальным стаканом, как калейдоскопом, поворачивая янтарную жидкость виски под косые лучи фонаря, мой спутник поинтересовался:
- Как обстоят дела с судебным иском?
- Проходят предварительные слушания.
- Ты не ходишь на них?
- Не хочу появляться до окончательного заседания суда. Не хочу видеть гнусное лицо этого подлого человека. Вот когда будут объявлять приговор, только тогда наслажусь его разочарованной миной.
Кирилл: Когда она говорила это, даже в полумраке видно было как стиснута её челюсть, а крылья носа трепетали от злости. Но после первого порыва гнева, она, глубоко выдохнув, задумчиво продолжила:
- На самом деле, тяжело видеть в нём Иуду. Знаешь, раньше мы семьями собирались на пикники, ни одно застолье не обходилось без присутствия Вадима Назаровича. Он учил меня плавать. Его дочери были участницами моих детских игор. Папа вообще считал его названым братом. Поэтому его подстава ощущалась предательством родного человека.
- Да, доверять — это собственноручно вручить орудие, которым может быть нанесён смертельный удар, — задумчиво произнёс он.
Василиса: Мне не хочется долго задерживаться на этой теме, поэтому перевожу разговор в другое русло:
- Уже оглашены результаты тендера, в котором вы участвовали?
- Будут известны на следующей неделе. Мы надеемся получить одобрение на постройку здания университетского кампуса.
- Почётно. Ах, студенческая жизнь… романтика… — я откинулась на стуле, предаваясь ностальгическим воспоминаниям.
- Думаю, не все студенты с тобой согласятся. Точно не те, у которых на пороге сессия.
- Тогда не сдать зачёт казалось трагедией. Как на самом деле, всё было проще.
- Ну знаешь, с каждым уровнем, задания усложняются.
- Ты прав. Кстати, всё забываю спросить, как тебе на новом посту?
- В целом особо ничего не извинилось. Разве, что теперь я не согласую свои решения с дедом, — он замолчал.
- Тебе его не хватает... — скорее как констатацию факта заявила я.
- Да... Порой не у кого спросить совета, не теряя свой авторитет всезнающего руководителя. Он давал толковые рекомендации.
- Уверена ты многому у него научился и перенял. И сейчас достиг того, к чему стремился.
- Да, только как оказалось этого мне мало. Как ты и говорила, алчность ненасытная. А может оказалось, что я только думал, что мне нужна одна карьера, а сейчас ощущаю пустоту. Нет, я всё так же люблю свою работу, но выяснилось её не достаточно, чтобы быть счастливым.
- И что бы сделало тебя таким? — девушка сложила ладони домиком и опустила на них подбородок.
- Не знаю. В этом и проблема.