Обычно, чтобы составить мне компанию во время объезжания Опала, “муж” брал свободную лошадь и пускался вскачь. В те моменты мы были детьми ветра. Воздух уже был наполнен холодом ноября, а встречный ветер развивал волосы. Я заметила, что каждый раз рассекая пространство бескрайнего поля, мне становиться легко и свободно. Страх и напряжение отпускали.
Кирилл: Однажды, мы, как обычно, скакали на перегонки. Я, чтобы поддаться, притормаживал коня, оставаясь немного позади. Василиса тем временем первой добралась до финиша — небольшого пригорка, победоносно вскинув руки над головой. Где-то вдалеке послушался гул, который всё нарастал. У меня буквально сердце замерло при виде открывшейся картины: Опал, испугавшись звука пролетающего вертолёта встал на дыбы.
Василиса: Я чуть не свалилась, только чудом успела ухватиться за поводья. Животное понеслось с невероятной скоростью, и как бы я не натягивала уздцы, он не поддавался. Оставалось лишь поплотнее прижаться к спине, чтобы не упасть и крепко зажмуриться. Ужас сковал всё тело, сжав его в комок и даже дыхание замерло. А конь всё скакал и казалось, что этому безумному бегу никогда не будет конца.
Внезапно всё закончилось. Я думала, что уже умерла или оказалась сброшенной, или и то, и другое. Но наконец отпрянув от спины лошади и оглянувшись, увидела двух всадников. Инструктор перехватил поводья и накинул на глаза испуганного животного попону. Кирилл же резво спрыгнул с лошади и в одно мгновение оказался у моих стремян вытянув руки. Не размышляя, я прыгнула в его объятья, совершенно не грациозно застряв одной ногой в стремени. Тем не менее он всё равно подхватил меня. А я, обвив его руками, вжалась в шею. Наконец опора, а не этот безумный скачь.
Кирилл: Волосы её спутались, а зрачки расширились от страха. Она прерывисто дышала и я пытался успокоить поглаживая по спине, которая часто вздымалась и опускалась. Её всю трясло, а затем она резко обмякла в моих руках.
Василиса: Приходя в себя, я ощущала как кто-то нежно проводит по моим волосам. Разомкнув веки, мгновенно узнала Кирилла. Он не убрал ладонь, а продолжал поглаживать мою голову. Я оказалась лежащей на лавочке. Деревянные перекладины неприятно впивались в спину.
- Ты как?
- Нормально.
- Сильно испугалась?
Я интенсивно закачала головой. Пальцы всё ещё подрагивали и меня качало, как после морской прогулки. “Муж” протянул бутылочку воды. Переместившись в сидячее положение, не без поддержки Кирилла, я судорожными глотками осушила почти всё содержимое.
Кирилл: Когда инструктор предложил подойти и успокоить лошадь, девушка заартачилась и сказала, что больше никогда не подойдёт и на метр к этим животным. Тогда я решил взять слово:
- Сравни это с ездой на автомобиле. Непредвиденная ситуация всегда может произойти, но всё равно ты будешь способна вернуться за руль. Так и здесь.
- Нет! Нет! Никогда.
- Не возможно всё и всегда контролировать, неприятности будут случаться, сколько бы ты не пыталась их предотвратить. Правда порой именно они приносят с собой перемены к лучшему, Потому что порой, эти несчастья и есть кирпичики твоего светлого будущего. Попробуй довериться судьбе, — я заглянул ей в глаза пытаясь таким способом внести в неё смысл сказанного.
- Я не могу… — прошептала она ели слышно, сердце её по-прежнему бешено колотилось.
- Соглашусь, это непросто, но возможно. Ты справишься. Я верю в тебя. Если что, я на подстраховке рядом.
Василина: “А я верю тебе” — чуть не сорвалось с моих губ.
- Смотри, он так же испугался, как и ты, — напомнил Филлип, отрывая меня от размышлений.
Заглянув в глаза загнанного Опала я осознала, он не хотел мне навредить, он сам боялся и забыв обо всём пытался удрать как ему показалось от надвигающейся опасности. Я подошла к нему ближе, чтобы погладить за ушком, как он любит. Наши с ним сердца стучали в унисон, как несколько ранее звук его копыт. Тогда инструктор посоветовал натянуть недоуздок, чтобы голова его склонилась, чтобы выровнять сердечный ритм. Кирилл, как и обещал стоял сбоку, как бы начеку. Успокаивая своего подопечного, я и сама возвращалась в норму. Вскоре мы оба дышали размерено и настроение у нас улучшилось. А после перекуса яблоками даже белёсое ноябрьское солнце засветило ярче. Инструктор объяснил мне, что чаще всего спокойствие всадника способно утихомирить напуганную лошадь. Отработав “Вольт” мне уже было не так тревожно кататься, когда конь внезапно ускорялся. Теперь я могла вернуть его в прежний ритм. Наверное, главный урок, который я усвоила благодаря Опалу заключался в том, что как бы не складывались события, главное при любом раскладе не поддаваться панике. И вскоре этот урок мне пришлось закрепить.