Я сосредоточился на трансе, нырнул чуть глубже, позволяя потокам магии проявиться вокруг меня. Напрягся, пытаясь заглянуть в глубины хрусталя. Нет, я ошибся – не пустая. Моему взгляду открылись сотни блоков, цепочек рун и переплетений сложного заклинания, что по-прежнему скрывалось в глубине Истока.
Похолодев, я отбросил шар в сторону и послал мысль-приказ:
– Ко мне.
Все эти дни я полагался лишь на приток Родника Гвардейца, даже не пытаясь отдать ему приказ на активацию Истока. Что если я остался вообще ни с чем? С двумя Родниками? Много же я сумею сделать здесь на таком скудном обеспечении. Не может быть. Я даже тряхнул головой, пытаясь ободрить себя. Ведь уже после перехода я ощущал биение магии в груди Гвардейца, усмирял вибрирующую связь между нами. В нетерпении, не дожидаясь, когда Гвардеец окажется вплотную, я выкрикнул:
– Активация!
Гвардеец не завершил шага, вместо этого опустив ногу чуть в сторону. Перехватил молот двумя руками, замер в устойчивой позе. Через мгновение от него рванула ясно ощутимая волна сырой магии, а я с облегчением выдохнул, и, не удержавшись, сделал глоток, впервые в этом месте обжигая вены огнём. Уже хорошо. Неясно только почему именно у меня из всех птенцов пошли в разлад и Исток, и амулет брони. Конечно, Исток в груди Гвардейца цел, но мне хотелось сохранить его как голема, а не использовать в качестве сердца своих заклинаний. А ещё больше не хотелось самому прикасаться к тушам здешних зверей.
Задача создать Исток была не по моим силам и знаниям. Этих блоков плетений даже за промелькнувший с разрыва армейского контракта год не появилось в магическом «Вестнике». Я продолжал его исправно выписывать и читать, не упуская ничего из новинок. Там встречались статьи про успехи в разгадке невидимости зелонских тварей, про разработку поисковых заклинаний, которые учитывали этот эффект. Читал статьи о вызове существ тёмными магами, тот самый секрет, который мы когда-то обсуждали с Рино в кафе. Кстати, именно таким заклинанием можно объяснить работу амулетной брони.
Но вот об Истоках там не было ни слова. А теорию крепостных Источников я знал лишь на уровне своей ступени магии, то есть никак. Могу пользоваться, стыковать к нему блоки заклинаний, но создать самому?.. Без шансов. К счастью, мне этого и не нужно было делать: у меня на руках имелись работающий Исток и Исток, который разбалансировался. Существовал немалый шанс на то, что я сумею сравнить поблочно заклинания и подправить плетения, устранив проблему. Но, оглядев зелень вокруг и гонимый ветром красноватый песок, понял, что и это дело нужно будет отложить. Не время этим заниматься и с головой уходить в круговерть плетений. Не к месту. Иначе будет потеряно слишком много времени.
Гвардейцу не нужно было напоминать о моей охране, поэтому я с головой окунулся в плетение заклинания. Привычного мне заклинания, пусть немного и позабытого. Вот шевельнулся песок у ног, когда я впервые попробовал наполнить маной рабочую часть. Маловат блок. В этот раз моя задача не отводить в сторону почти невесомую пыль, а сдувать, причём далеко, крупный и тяжёлый песок. По прикидкам выходило, что создать круговой ветер требуемой силы я не сумею. Снова не по рангу. Для этого нужно было быть хотя бы архимагом, так что стоит уменьшить замах. Конечно, приятно в мыслях вслед за Гравоем очищать оазис от песка до горизонта, но это всё пустые мечтания. Может и вовсе отказаться от этого заклинания? Не терять время, а пользоваться тем, что у меня есть здесь и сейчас?
Нет. Применять Сферы, которые могли бы очищать камень разметая песок разрывами, мне тоже не хотелось. Это и глупо – использовать боевое заклинание для подобного, и слишком расточительно. Поэтому я продолжил модифицировать прежнее заклинание Пыльной защиты. Правда, с каждой переделкой оно всё меньше походило на первоначальное, в итоге вовсе потеряв малейшее сходство основой. Теперь только я, его создатель, и мог сказать, с чего всё началось.
По итогу в ауре от громоздкого, полного блоков условий и преобразований заклинания осталась лишь грубая и простая конструкция. Сверху, с высоты двух ростов над моей головой захватывался воздух, разгонялся и вырывался в ту сторону, куда указывала ладонь, ураганным ветром. Вернее, узким порывом ветра, словно из трубы. Грубо, расточительно по мане, но эффективно: песок с моего пути даже не сносило, а скорее сдирало, оставляя лишь камень. Приближаясь к растениям, приходилось втрое уменьшать подачу маны на входную руну.