Первым делом я нырнул в Сах, изменяя заклинание, которым формировал блоки и постаменты. На этот раз мне нужно не изменять форму, утрамбованный слой песка меня вполне устраивал, а растянуть область воздействия. Справившись, я применил уже его, щедро вливая ману. Красноватый песок Астрала едва слышно захрустел, преобразуясь в псевдокамень, который коркой покрыл и синеватые кости Артилиса и местную растительность под собой. Теперь Гвардейцу было куда бросить тушу твари, чтобы она не растаяла.
Вторым делом я развернулся к развалинам дома и двинулся за песком. Но поднять глаза к небу и гарскому хребту так и не посмел. Прости, Маро. Я управлюсь с этим делом и построю его заново. На этот раз без ошибок. Ровным и красивым. С садом, которому позавидует даже Риола.
Как бы там ни было, но к гарнизонной ночи колонну окружал псевдокамень в десять метров шириной. Пришла пора приниматься за следующий шаг, пока покрытие, ману в которое я вливал очень экономно, не принялось рассыпаться обратно. Вот только обнаглевшие от своего числа твари наконец решили добраться до огня. Невовремя… Я оглядел вмурованный в камень эспадон и развернулся к набегающей волне красноватых точек. Да и ладно. Их тела уже не пропадут даром.
Я стоял впереди, Гвардеец чуть сзади, привычно готовый встречать прорвавшихся тварей. Спохватившись, сообщил ему, что лупить молотом по камню запрещено. Мне не хотелось гадать, что окажется крепче, не нужно было и лишней работы по восстановлению. Вокруг нас едва заметно для меня сияли линии плетения. Мы находились в центре «Зова земли». Повредить нам оно, слабое и рассчитанное на бегущих «крыс» не могло, но, конечно, это не дело – самого себя лупить боевым заклинанием. Пора бы уже начать испытывать свои теоретические изыскания. Но сначала нужно было закончить с основным делом.
Ману в ключевую руну я выплеснул ровно в то мгновение, когда самым шустрым тварям оставался один прыжок до колонны, жалкая четверть метра. «Зов земли» обрушился на мои плечи тяжестью, отозвался в коленях болью, а на «крыс» и вовсе рухнул невидимой плитой, ломая их уродливые тельца. Раздался отвратительный, даже жуткий звук, в котором смешался и хруст костей, и писк тварей. Мгновенная смерть товарок ничуть не замедлила остальных: они хлынули к колонне прямо по ещё дёргающемуся, залитому фиолетовым, ковру мёртвых тел. В этот раз я чуть согнул колени перед активацией нового заклинания. Спустя ещё миг всё окончилось – все твари мертвы.
С отвращением оглядевшись, я продолжил работу над своей задумкой. Теперь у меня было несколько часов до тех пор, пока снова не соберётся мелочь, а трупы надёжно изолированы от костей Артилиса моим каменным основанием и не могли истлеть. Хотелось бы мне узнать, что меняется для моего мира и для этого плана Астрала, когда растворяются убитые существа. А приходится заниматься другим и даже выбирать куда ставить ногу бесполезно – сплошное месиво и хруст под сапогом.
Вернувшись на ту сторону площадки, к мечу, я положил ладонь на навершие рукояти, сосредоточившись на завершении плетений. То, что я начал десять минут назад, уже в двух местах поползло, растянулось. В такие моменты начинаешь ценить инструменты, без которых работа внезапно занимает в разы больше времени и сил. Будь здесь хотя бы простой артефактный столик, который не давал потокам магии размывать рунные цепочки… Но его здесь нет и не будет, слишком уж специфичные материалы там используются, которые мне ни за что не повторить на коленке. Значит, мне придётся обойтись без него и всего лишь затратить больше усилий. Уж к этому мне не привыкать: артефакторика и тридцать попыток на одно плетение – привычное для меня дело.
Спустя два часа я с облегчением замкнул структуру ритуала. Стоило только увеличить его рабочую основу – всего лишь в триста с лишним раз – как плёвое дело превратилось в почти непосильную ношу. Я сначала содрал с себя шлем, затем, опомнившись, коснулся мыслью нового амулета, заставив броню раствориться в воздухе. Тоже нарушение сразу нескольких основ Искусства, но мне сейчас было не до магических изысканий. Позже, когда я создам основу своего оазиса. Я с облегчением развернулся навстречу ветерку, наслаждаясь его прикосновениями к мокрому от пота лицу.
Мне повезло, что песка моего бывшего домика не оказалось на десяток блоков больше. Эта ноша – ритуал улучшения, растянутый на круг радиусом в пятнадцать шагов, оказалась на самой грани того, что было мне по силам. Ещё полшага и ничего бы не вышло, всё бы рассыпалось на части. А ведь я понял сложность предстоящего ещё час назад, когда стал контролировать стабильность первой радиальной линии. Понял, но неверно оценил. Повезло. Иначе потерял бы несколько часов впустую и начал всё сначала, но уже с кругом меньшего размера.