– Здесь, – обвёл он руками пески, на миг задержавшись взглядом на вспышке моего ритуала, поглотившего очередную волну мелочи, – верно, идеальное место для его применения. Сама основа магии вокруг. Ты создал артефакторную площадку, а я исследовательскую. Ни одно колебание этого мира не ускользает от меня.
Сегодня я и так обидел Ильмара, поэтому новую гримасу сумел скрыть, позволив ей проявиться лишь в мыслях. Не слишком ли мой старший сотоварищ по учёбе самоуверен? Скажи подобное Повелитель или хотя бы архимаг, я бы ещё поверил. Но ставить себя на равных с ними?..
– Поэтому я и заметил колебания. Колебания каждый раз, когда в Таттву прибывает новая армия тёмных. Я воссоздал то, что Стражи именуют Великим заклинанием.
Я всё же не выдержал:
– Да ладно?!
– Можешь не верить.
– Да почему не верить? – хмыкнув, я уточнил: – И даже это не впечатлило ни один из лагерей Стражей?
Ильмар смерил меня взглядом, криво улыбнулся:
– Я и не сказал им об этом. Верно, Стражи не раз видели уже мой исследовательский комплекс, но ни один из них не сказал мне ни слова. Пусть. Я и без их подсказок вижу, как с каждым днём нарушается баланс Великого заклинания. Могу даже предсказать, что вон там, – рука Ильмара указала почти туда, где я определил север, будет большой пробой. Там появится то, что можно будет считать малыми вратами Таттвы в этот мир. Место, куда неминуемо прибудет приличный кусок армии тёмных. Место, где я, – Ильмар сбился на миг, поправился, – где мы, и ты в том числе, смогут показать себя и помочь Стражам. Ведь им нелегко будет биться сразу в двух местах.
– Когда?
– Скоро. Едва ты увидишь, как там полыхает небо, можешь смело мчать туда на помощь.
Невольно я оглянулся на путеводный огонь. Там как раз средняя по размеру тварь заворожённо замерла. Не замечая, как мой ритуал истощает её ауру, вгрызаясь в тело. Тварь погибнет раньше, чем придёт в себя. Ильмар верно понял мои сомнения, развёл руками:
– Тут, верно, придётся выбирать. Но мне казалось, что я уже убедил тебя в бессмысленности попыток впечатлить Гравоя. Скажу больше, сегодня я пришёл сюда, потому как огонь, что ты охраняешь, странно искажает мои наблюдения.
– Уменьшает вероятность пробоя? – предположил я. Ведь не может быть так, что Ильмар заметил то, чего не обнаружили Стражи?
Но Ильмар покачал головой:
– Странный огонь. Он стал сильнее, и я сразу это узнал, потому что следил за всеми константами. Скорее приблизит пробой. Жди этого момента. Он уже неизбежен.
Я внимательно глядел вслед уходящему Ильмару. То, что он предлагал, правильно и разумно, отличный способ показать себя и свою силу. Возможно, я слишком много отслужил в армии. Где тот безумец, что сорвал остатки двух рот в безумный рейд? Вроде и немного я пробыл командиром роты, а гляди же, как всё это въелось в меня: в голове возникают странные сравнения. Стоит ли личная выгода нарушения приказа Гравоя? Что лучше мелкому пограничному отряду: помочь в большой битве основных сил или верно стоять на месте, защищая свой участок? Что важнее для защиты мира? И как много помощи будет от меня в месте битвы тех, кто превосходит по силе Повелителей? Кто бы подсказал.
Точка Ильмара в «Сети» этого не сделала. Она лишь снова исчезла бесследно, едва он скрылся за невысоким барханом. Проклятые пески с их загадками и вопросами. И вот ещё один: а зачем здесь вообще появился Ильмар?
Глава 21
– Повелитель!
Первым, кого увидел Рагнидис перед дверями зала для совещаний, был ожидающий его Виор Раст. И десятки подчинённых, что должны уже сидеть внутри, но на пути которых стал его ученик. Коротко приказал ему:
– Входи.
Все остальные так и остались в приёмной. Закрылась дверь, одно за другим сработали заклинания: поиска, тишины и прочие. Виор Раст не доверился им, проверил зал лично и лишь затем склонился ещё раз:
– Повелитель. Дрейф астральной константы усилился. Вчетверо. Начался дрейф портальной. Уменьшение. Сразу во втором знаке.
Рагнидис переспросил:
– Уменьшение?
Вместо ответа Виор Раст протянул ему тонкую папку, в которой приносил по вечерам доклад от наблюдателей.
Взгляду Рагнидиса открылись столбцы цифр. Палец скользил по строкам. Всё верно. Стоило астральной составляющей преодолеть какой-то барьер, как следом двинулась портальная. Причём резко, по худшему из сценариев.
Папка вернулась в руки Виора Раста. Дверь распахнулась от одного жеста Рагнидиса и, стремительно выйдя в приёмную, он на ходу бросил: