– Пить! – я оторвал одну руку от груди и вслепую махнул ею, вцепившись кому-то в одежду. – Пить!
– Дай ему воды! Ты же сам сказал, что с телом всё нормально! Куда уж хуже!
С невероятной благодарностью я услышал голос Рама, а затем мне в рот полилась восхитительная вода. Такой вкусной воды я не пил никогда за свою жизнь, хотя подозреваю, что она – самая обычная, из накопителя донжона, уже разрушенного обстрелом Мастера. Пусть жар в груди унять не удалось, но насколько легче я стал себя чувствовать!
– Спасибо. Спасибо, – я отпустил чужой рукав и поводил рукой перед лицом. – Почему опять не вижу?
– Ты так кричал… В общем, обожжённая кожа полопалась.
– Ясно. Дайте видеть.
Я, наконец, смог поднять веки и осмотреть ту же компанию, что и десять минут назад. Странно, лица не ощущаю вообще.
– Нормально, все почти нормально.
– Нормально? – покрутил шеей Рино.
– Да я вообще не понимаю, что происходит! Так не бывает! – зло процедил наш медик.
– Ты бы себя слышал! Да даже Версус кричал не так страшно, – добавил Рам, наклоняясь надо мной.
– Это очень больно. Я и не знал, что бывает такая боль, – согласился я и глубоко вздохнул, прежде чем продолжить. – Но нужно кое-что ещё проверить.
Я повторил создание заклинания, но на этот раз с наполнением той маной, что моё тело само восполнило из окружающего мира. Проявляем… Ничего. Улей висит, а та боль не пришла. Хорошо, это очень хорошо. Это даёт мне надежды. Но в той тетради сказано, что каждая минута нахождения энергии Источника в теле мага всё сильнее отравляет тело. А мне нужны ещё сутки. Нужно уменьшить порцию этой ядовитой силы и надеяться, что уменьшится и боль. Потому что я не выдержу даже десятка таких процедур и либо умру от болевого шока, либо не смогу заставить себя снова причинить себе эту боль. Я и сейчас буквально пинками заставляю себя создавать заклинание. Если бы не глаза товарищей, внимательно наблюдающих за мной, наверное, и не смог бы решиться.
А-А-А-А-а-а! Как же хорошо, что эта тёмная тварь уже мертва! Надеюсь, его душа никогда не вернется к его Демиургу, а попадет в Чистилище Велиримиды и будет сотни лет гореть в пламени! Да, боль от такой крохотной порции чужой силы, влитой в Улей, терпеть можно. Но с трудом. Шар в груди выжигает моё тело, и непонятно, как я ещё дышу, ведь кажется, что лёгкие уже давно исчезли в этом жаре. Я в двадцатый раз напоминаю себе, что это обман чувств, просто нагрузка на магические каналы и ауру так велика, что мозг мага начинает смешивать ощущения от обоих миров в одну картину. И я цел. Я не сгораю. И могу сражаться дальше. Но пламя внутри всё же лучше обхватить руками покрепче. Так легче.
– Хорошая новость состоит в том, что я могу колдовать, – выплёвывая слова в мгновения, пока боль утихала, указал подбородком на сгущение воздуха возле себя. – Плохая – в том, что я по-прежнему не знаю, сколько у меня времени.
– То есть с тобой всё так плохо, что ты даже сомневался в возможности создания заклинаний, – зло процедил Рино.
Но я промолчал, не отвечая ему, и скользнул в Сах. Здесь намного легче переносить боль, которая и не думала пока утихать. И это плохо. Я надеялся, как только она вернётся к прежнему состоянию, потратить ещё немного взятой взаймы силы и повторять этот цикл. Но, видимо, слишком многого ожидаю. Я взял слишком много. Но это того стоило. Окинул взглядом состояние Купола, уже привычно сдвинул часть чешуек на новые места, чтобы суметь протянуть ещё несколько минут, и при следующем ударе тёмного Мастера оценил эффективность изменений. И не поверил своим глазам! Дождался ещё одного удара и буквально выпрыгнул из мира магии в реальный мир. Потому что кричать от радости в состоянии Сах очень трудно!
– Да! Это того стоило! Стоило! – я вцепился пальцами в изгиб доспеха Рама, оказавшегося ближе всех ко мне, и притянул его ближе, торопясь поделиться восторгом, который захлестывал меня. – Сорок семь лет Велиримида со Стражами стирает в пыль легионы армии этого Демиурга, и за все эти годы лишь четыре раза могучие маги нашего проклятого врага решались подойти к целым Источникам, у которых ещё были живы защитники. Сегодня, спустя десятилетия, нашёлся пятый глупец! Я сотру его в порошок! Всё было не зря! Товарищи, всё это было не зря!
– Аор, спокойнее! – Рехлот пытался придавить меня обратно к кровати.
– И объясни нормально, а не своими цитатами великих! – потребовал Рино.
– Всех вон из донжона! Быстрее!
Я глядел в глаза Рино, и с каждым словом встряхивал Рама, не обращая внимания на порвавшуюся перчатку с мазью на своей обгорелой руке. Не знаю, как я выглядел сейчас со стороны – наверное, как безумец. Счастливый безумец.