– Ты это брось, – толкнул я его в плечо. Тоска немного рассеялась. – Обижусь.
Сложность и дороговизна артефактов, о которых говорил Рино, заключается в особенностях ауры человека. У мага она в десятки раз плотнее и больше по размерам, что легко подтверждается анализирующими заклинаниями или визуально с помощью специального плетения, позволяющего увидеть ауру. Именно развитая аура позволяет магу эффективно использовать заклинания, и сильнее всего это заметно по боевым. Амулеты защиты, работающие непосредственно в ауре человека или на её границе, почти одинаково работают и у простого человека, и у владеющего силой. Артефакт, который будет создавать Касание, в моих руках (вернее, в пределах моей ауры) отработает на сто процентов. А вот Сарк с его помощью выпустит не более десятка стрел. Переделаем артефакт под боевое заклинание, и Сарк выдавит из него лишь одно полноценное заклинание, в то время как я вложил туда маны на десяток для себя.
На пальцах дело обстоит именно так. В общем, Рино и так прекрасно это понимал – всё же вместе со мной строил крепость и знал, откуда такая эффективность наших действий, но мои объяснения и на этот раз выслушал внимательно, не перебивая. И согласился, что по возможности артефакты нужно выдавать адептам. Тогда эффективность повысится вдвое-втрое. Конечно, пока их мало. Но с такими темпами появления порталов недостатка в материалах у меня не будет. Завершить работу спокойно мне не дал сигнал «Внимание», накрывший своими тягучими басовитыми нотами крепость. Я, уже привыкая к постоянным опасностям, схватил в одну руку посох, в другую эспадон и рванул на лестницу, ведущую к служебным помещениям. Орб сам следовал за мной.
– Ты видишь то же, что и я? – недоумённо спросил меня Динис, пихая в бок локтем и не отнимая от глаз артефакт Ока.
– Наверняка, как и все на обзорной площадке. Одному тебе, седому, небесные воительницы из числа Стражей видятся, как во снах, – усмехнулся я, любуясь окружающим пейзажем.
Красота! Всё укрыл снег, сменив тёмные мрачные тона красотой девственного белоснежного покрова. Конечно, ему ещё рано становиться хозяином этих просторов, и скоро он растает, но пока красота первого снега хоть немного разгоняет черноту в моей душе.
– Не смешно, – обиделся интендант. – Я вижу здорового страшного монстра и на нём верхом эльфийку в фельдъегерской форме! И это не похоже на мои сны! Ни на один за мои пятьдесят два года!
– Сколько?!
Я никогда не уточнял его возраст, а на вид он выглядел под сорок. Да ладно, выглядел! Он меня, мага с усиливающей маной в жилах, делает в поединке на мечах! Если без Саха.
– Да, да! – покивал сокрушённо Динис. – Надеюсь, с этого момента ты ещё более внимательно будешь слушать этого умудрённого жизнью старика.
– Хм, ты! – растерялся я, но потом пошел в атаку. Ему спуску давать нельзя. – Вредный старик. Похоже, с этого дня мне предстоит ещё больше нравоучений.
– О молодёжь! О нравы! – возопил Тарган, воздевая к небу руки.
– Этот монстр – наверняка химера, – игнорируя его издевательства, я вернулся к причине начала разговора. – Их лет пять, как грозятся запустить в массовое размножение на смену лошадям, – пояснил я. – А эльфийка? Ты так поражён, как будто впервые видишь эту расу. Лучше объясни, что она сигналит.
– Вообще-то впервые, – обиженно буркнул Динис, ведя себя так, будто ему лет меньше, чем мне. – Сигналит пароль, подтверждая, что она по праву носит форму. Чёрное время в стране. Чтобы стрелой не угостили – всё по уставу должно быть. Сейчас отзыв отмашут, и она будет уверена, что в крепости не враг.
– Спускаемся, – скомандовал Рино. – Узнаем, что за вести.
– И посмотришь поближе на очередную красотку, – снова подколол я Диниса. – А то столько про женщин всем нам советуешь, а ни с одной эльфийкой не знаком. Непорядок! Наша вера в великого знатока женских сердец пошатнулась.
– А кто-то сейчас будет экстренно овладевать стихией воздуха на новой для себя ступени, – интендант поглядел на моё непонимающее лицо и уточнил: – Летать будешь учиться.
– Я уже умею ускоряться, – я несколькими большими прыжками достиг лестничного пролёта. – Мне хватает.
– Курьер старший лэр-лейтенант Алахара Муллин ал Кенур, – сняв шлем и повесив его на пояс, склонила голову эльфийка, приложив перед этим кулак к груди. – С пакетом и посылкой из Ритоша.
Я отвлёкся от разглядывания девушки и напряг память, вспоминая правила именования, по которым у нас случилась однажды лекция. Принадлежащая морю из семьи Изумрудного блеска, как-то так. Ну, а клан у нас один-единственный на всю планету – Присягнувшие. Могла и не говорить. В бойне Вторжения небольшой отряд эльфов оказался единственным сдавшимся из нечеловеческих рас. И единственным уцелевшим из многомиллионных армий иных рас. В наказание они были отлучены создавшим их тёмным Демиургом от магических потоков их мира и обречены на угасание от разрушающихся душ. Но чародеи Артилиса обладали непредставимой для нас мощью и провели ритуал, связывающий тысячи эльфов плоть к плоти, душа к душе уже нашего мира, совершив действо, посильное ранее только Демиургам, подарив им жизнь второй раз.