Удар, потрясший башню до основания и сбивший нас с ног, вернул моим мыслям потерянную скорость.
– Всех вон с галерей и башен! – заорал я, надеясь, что моей слабости никто не заметил. – Их сейчас сметёт до основания! Бегом вниз!
Я бежал, восхваляя Демиурга за мысль переместить голема к воротам на случай их штурма. И ругал последними словами этот безмозглый булыжник, который я никак не могу зацепить зовом.
– Шлем! Шлем возьмите, тонму лейтенант!
Отмахнулся от надоедливого сержанта. У меня, наконец, получилось слиться с големом. И я тут же едва не покатился вниз по ступеням. В последний момент меня за кольчужный ворот ухватил Рам. Шею под подбородком рассадило звеньями кольчуги, конечно, зато не упал из-за наложившихся картинок перед глазами. На секунду сместив баланс слияния к голему, я отправил его бегом к пролому в стене и, вознесённый на ноги твёрдой рукой Рама, сделал чёткой картинку своих человеческих глаз.
– Ага. Спасибо, – невнятно поблагодарил я за своё спасение, с содроганием отмечая, сколько мне пришлось бы катиться до площадки.
Догнавший меня сержант, бурча под нос что-то нелестное о торопыгах, храбрецах и их встрече с тёмным пророком, принялся надевать на меня хауберк и шлем.
Едва мы выбежали из левой привратной, как я, плюнув на то, как это будет выглядеть в глазах окружающих, скомандовал: «Тащите меня!» и принялся управлять големом. Едва-едва успел добежать им до обломков камня у стены возле пролома, изменить его внешний вид, маскируя под соседские булыжники, и полностью уйти из него, как пролом закрыло сиянием щита тёмного мага.
Под его прикрытием в крепость слаженным неостановимым потоком влились тёмные Воины. Первый десяток, едва миновав пролом, замер на долгие несколько секунд, но затем продолжил движение. Видя безразличие, с которым они шли, единым слитным шагом переступая тела предшественников, любому было ясно, что они уже скованы. Прикрытые магией спереди и сверху, Тёмные выстроили строй в три ряда, прикрылись щитами, выставили копья. Рыцари возвышались почти на голову над остальными, половина их стоит в первом ряду, накрывая всё построение своей аурой отрицания. Идеальная расстановка. Маги врага стоят вне пределов ауры Рыцарей и держат защиту строя солдат от материи. А за заклинаниями защиты ждёт марево безмагии.
Напротив стоял наш строй, в пять рядов, почти в два раза превышающий их числом. Все солдаты гарнизона сейчас здесь, даже едва вышедшие из рук Велиры. Более того, большая часть пятого ряда – это давно отслужившие мужчины и самые способные из поселковой молодёжи. Вот только все они идут в бой, полагаясь лишь на своё мастерство владения оружием и чувство локтя соседа. Не прикрытые ни щитами магов, ни аурой безмагии, надеясь в бою лишь на хрупкие амулеты. И над нами словно сгущались тучи, накрывая тенями лица солдат. Казалось, мир замер в шатком равновесии.
Я едва сдерживал себя, готовый в любой миг оживить голема. Вот только мне не нужен любой. Мне нужен тот единственный, когда у меня будет шанс нанести безупречный удар. Я видел, куда он будет направлен, – зря тёмные маги встали плотной группой, отдалившись от Рыцарей. Зря. И ждал, ждал…
Лишь в последнее мгновение, перед согласованным ударом тёмных, в миг, когда всё их внимание оказалось направлено на нас, мой голем атаковал. Превратившись из груды безжизненных булыжников в могучего бойца, пропитанного магией. Невероятный, почти невозможный, прыжок трёхметрового великана – и он, разметав жидкий тыловой заслон из десятка солдат, стоящий у него на пути, раскинул руки и, уже рассыпаясь на куски под атакующими заклинаниями, врезался в тёмных магов.
– Залп! – разнёсся над нашим строем дикий крик Рино.
По дрогнувшим тёмным, с которых спали цепи контроля, оставив бойцов в одиночестве перед нашими рядами, словно лэр-косарь прошёлся. Не прикрытых более защитным заклинанием своего мага, их не могли спасти простые щиты и доспехи от залпа лучников с моими разгонными амулетами. Первый ряд полёг, как зрелые колосья под незримым лезвием заклинания Жатвы. Ещё через мгновение центр вражеского строя перестал существовать, вбитый в землю упавшей с башен цитадели смертью. Пусть на тех полиболах стояли в большинстве бывшие шахтёры, но умения и сил защитить свой дом им хватило сполна. Растерянность тёмных обратилась в панику перед лицом почти мгновенной гибели половины отряда. Без цепей магии разума они – всего лишь люди, пусть и прошедшие годы тренировок. А мы, подчиняясь новой команде, уже бежали к уцелевшим, ощетинясь смертью на кончиках копий.