Когда они вошли в кухню, девушка усадила мужчину за стол и начала хлопотать у плиты.
– Рассказывайте, дядя Степан. Что вы хотели мне сообщить?
– Когда ты уехала на машине, я вернулся к тому дому, посмотреть, что там к чему. Аккурат в это время, гляжу, идет тот господин с чемоданчиком. Выходит на дорогу и начинает ловить машину. Я тоже заметался, но никто не хотел останавливаться по моему сигналу. Да это и понятно, достаточно на меня поглядеть. Потом, смотрю, остановился один, я к нему и метнулся. За рулем старик сидит, в очках с тройными линзами, полуслепой, значит, потому и остановился, что не разглядел меня. В это время и господин тот уже машину поймал. Я старику быстренько деньги показал, чтоб не сомневался, что заплатить смогу, и нырнул к нему на переднее сиденье. Сказал, чтобы он ехал за машиной, в которую сел тот мужчина, и мы поехали. Не знаю, зачем я все это делал, но запала ты мне, девонька, в душу. Только не подумай чего, это я по-отечески. Доехали мы до какого-то здания, и тот человек вышел. Я долго стоял, все ждал, может, выйдет он, но нет, больше его не видел. Много народу оттуда выходило, только его не было, это точно. Я вот тут адресок нацарапал и название того заведения. Вот, привез тебе, может, пригодится. – Степан достал из кармана замусоленную бумажку, на которой невообразимыми каракулями было написано:
Банк «Золотая казна». Ул. Пятницкая.
– Дядя Степа, миленький, вы даже не представляете, какую услугу мне оказали! – обрадовалась Вероника, едва прочтя название банка. – Витя, посмотри, это же тот банк, где хозяином тот банкир, который был на дне рождения Юльки.
– Какой банкир? – не понял Виктор.
– Ну, как же, Витя, помнишь, Юлька еще рассказывала, что они с женой очень хотели, чтобы Вадим на их дочери женился, а он ни в какую, взял и женился на нашей Юле. Неужели забыл?
– А на кой ляд этому банкиру всех Демидовых со свету сживать? Ты об этом не подумала?
– Нет, не подумала, – нахмурилась Вероника. – А может, это месть, кровная?
– Ну, Королева, нагородила. Мы что, в горах живем? Ты давай-ка воду не мути, а позвони Никитину и все ему расскажи, пусть он сам решит, как с этой информацией поступить.
– Ну, я тогда пошел, – осторожно приподнявшись со стула, пробормотал Степан.
– Куда это вы собрались на ночь глядя? – возмутилась Вероника. – Никуда я вас не отпущу, места у меня в доме навалом, сейчас поужинаем, потом я вас в ванную отправлю помыться как следует и покажу, где лечь спать.
Бомж недоверчиво посмотрел на девушку и, смущенно кашлянув, промямлил:
– Нет, не могу я, то есть не то чтобы не могу, просто нехорошо бомжа в дом пускать. Видишь, на кого я похож? Да и вон муж твой на меня косится. – И он с опаской посмотрел на Виктора.
– Не говорите ерунды, это вовсе не мой муж, а моей подруги Светланы. Витя, ты почему так смотришь на человека? Что ты его пугаешь? Между прочим, имей в виду, я никому не дам его в обиду. Этот человек спас меня, и я ему обязана по гроб жизни.
– А я что? Смотрю совершенно нормально, – оправдывался Виктор.
– Ну вот, все точки над i расставили, давайте теперь ужинать. Я, правда, есть не хочу, меня Светка на месяц вперед накормила, а вы, дорогие гости, давайте наваливайтесь. Дядя Степа, не стесняйтесь, чувствуйте себя как дома и ешьте столько, сколько влезет.
Вероника поставила на стол тарелки с жареным мясом и картошкой, радуясь тому, что в холодильнике были запасы и ей пришлось все только разогреть. Она быстренько приготовила салат, нарезала рыбу, ветчину и сыр. В микроволновке уже распухли пироги с мясом, которые Ника всегда покупала в супермаркете в замороженном виде, а потом только сажала их в печь, и в считаные минуты пироги уже были готовы.
– А руки где можно помыть? – смущенно поинтересовался Степан.
– Пойдем провожу, – улыбнулась Вероника и взяла его за руку. Он отдернул свою и спрятал за спину.
– Грязные они у меня, сейчас помою, тогда можно будет… трогать, – пробормотал Степан.
Ника засмеялась и пошла к ванной комнате, и бомж засеменил за ней, мелко перебирая ногами. Виктор наблюдал за этой картиной и только покачивал головой, думая про себя: «В этом вся Ника, может притащить в дом кого угодно, помыть, накормить и спать уложить, и совсем неважно, кто это, бездомная собака, кошка или замызганный бомж».
Пока Вероника со Степаном шли в ванную, зазвонил телефон, и Виктор поднял трубку. Звонила Светлана.
– Все в порядке, жива и здорова твоя подружка. Доехала нормально, на удивление без приключений.
– А что она делает? Дай ей трубочку, – попросила Светлана.
– Она сейчас занята, умывает приблудного бомжа, – засмеялся Виктор.
– Витька, хватит тебе, шуточки у тебя плоские, – возмутилась супруга.
– Я вовсе не шучу, она действительно повела бомжа в ванную, чтобы он помыл руки перед ужином. Так что будем сейчас трапезничать в очень экзотической компании.
– Что за бомж, объясни по-человечески, – разозлилась Света.
– Она же у тебя сегодня была, разве не рассказала, как бомж дядя Степан ее от смерти спас?
– Так это дядя Степан? – обрадованно закричала Света. – Да, мне Ника сегодня про него рассказывала. Слушай, Вить, ну и что за человек? Его хоть можно в приличный дом пускать? Не дай бог еще обворует.
– А про это ты у своей подруги спроси, для нее же все люди братья. Вроде ничего мужик, стеснительный такой, даже, можно сказать, скромный. Она его хочет на ночь оставить, он уже собрался было уходить, после того как рассказал то, зачем приезжал, а она не пустила.
– Вить, ты тогда на всякий случай где-нибудь поблизости с ним ложись, мало ли что, – беспокойно проговорила Светлана.
В это время Вероника со Степаном уже вышли из ванной, и Виктор передал трубку ей:
– На, Светка звонит, волнуется, как ты доехала.
Вероника взяла трубку и прочирикала:
– Светик, все в порядке, я дома. Я тебе сегодня рассказывала про человека, который спас меня? Вот он и приехал, дядя Степан, и привез мне очень важную новость. Мы сейчас ужинать будем. Давай, Светочка, пока, завтра я тебе обязательно позвоню и пришлю твоего благоверного в целости и сохранности, целую. – И Ника положила трубку.
Когда Степан и Виктор не спеша ели свой ужин, а Вероника отхлебывала из чашки горячий чай, Виктор задал гостю вопрос:
– А что же, дядя Степан, семьи у вас нет? Почему бомжуете?
Мужчина на мгновение замер, будто задумался, и, тяжело вздохнув, начал медленно говорить:
– Как же? Была у меня семья, давно, правда, это было, уж скоро двадцать пять лет тому будет. Женился я на женщине на двенадцать лет моложе себя. Очень красивая она была, мужики заглядывались, поэтому ревновал я ее ко всем страшно. И, если честно, не без оснований, любила она пофлиртовать. А я тогда инженером на заводе работал. Вы вот смотрите на меня, какой я замурзанный, а ведь у меня высшее образование. Это меня жизнь так покорежила, в тюрьме отсидел десять лет, в общем, с кем поведешься… Я уже и разговаривать стал, как мужик деревенский. Ну вот, любил я свою жену страшно, дочь у нас родилась, Наденька. Вроде все ничего, да только, как я уже сказал, ревность меня прямо сжигала. А жена только смеялась надо мной и продолжала злить, и в один прекрасный момент случилось непоправимое. Однажды пришел я домой, так получилось, что пораньше с работы отпустили, перед праздником это было, и вижу такую картину. Моя благоверная с соседом на кухне сидит в одном халатике коротеньком, на столе бутылка вина, закуска. Оба разрумянились, будто только из постели вылезли. Ну и ударило мне в голову, схватил я нож, который на столе лежал, и всадил его в свою жену. Хотел прямо в сердце, да, видно, бог ее уберег, лезвие в сантиметре от сердца прошло. Меня, конечно, арестовали, а жену в больницу увезли. Выжила она, слава богу, а то бы дочь сиротой осталась, да и срок мне меньше дали. Если бы умерла жена, то на всю катушку получил бы, пятнадцать лет, а так десятью отделался.