И впервые с того самого момента, как Кирсти огласила мне этот безумный брифинг, я почувствовала не просто любопытство, а настоящий, живой интерес. Это был не просто сбор пикантных деталей для статьи. Это было погружение в сложную социальную динамику, наблюдение за тем, как десять незнакомцев начинают выстраивать отношения в условиях сюрреалистичного эксперимента.
Я сделала последний глоток прохладного белого вина, с сожалением осознав, что теперь мне придется забыть о попытках втянуть живот, и собиралась произнести какой-нибудь тост, как вдруг настойчивый, резкий звонок у парадной двери разрезал вечернюю идиллию.
— Я схожу, проверю! — вызвался Том, уже поднимаясь со стула, не дожидаясь ничьей реакции. Его порывистость была обаятельной.
Мы молча наблюдали, как он удаляется в дом. Через минуту он вернулся, неся в руках большую, ничем не примечательную картонную коробку. Он прошел по беседке и с глухим стуком поставил ее на полированные половицы прямо рядом с моим стулом.
— Это тебе, — сказал он просто, и в его глазах читалось неподдельное любопытство.
Все взгляды присутствующих, словно по команде, устремились на этот коричневый ящик. Он лежал у моих ног, безмолвный и загадочный, словно ящик Пандоры, готовый перевернуть наш только что установившийся хрупкий мирок. Тишина, повисшая за столом, была густой и звенящей, полной предвкушения. Даже щебет цикад на мгновение стих, будто затаив дыхание вместе с нами.
Оливер, словно самурай, исполняющий древний ритуал, уже вытирал свой нож для стейков о бумажное полотенце, счищая невидимые следы. Лезвие блеснуло в закатном свете, прежде чем разрезать упаковочную ленту на картонной коробке с мягким шелестом. Он оставил мне честь отогнуть картонные клапаны, словно вскрывая капсулу времени, полную неведомых сокровищ. Внутри, поверх слоя пузырчатой пленки, лежала одинокая квитанция с лаконичным, убийственным посланием.
«Дорогая Элли, вот тебе забавное занятие для тебя и мужчин из твоей группы. Наслаждайся. Кирсти».
«Забавное занятие». Фраза повисла в воздухе, безобидная и зловещая одновременно, как улычка Чеширского кота. И лишь когда мои пальцы сомкнулись вокруг первой упаковки, извлекая ее на свет, реальность обрушилась на меня с всей своей абсурдной силой. Воздух вырвался из легких коротким, прерывивым выдохом.
— «Сделай свой собственный фаллоимитатор», — прочел вслух Гейб, его голос, обычно такой уверенный, дрогнул от изумления. Он сидел рядом со мной, и его теплое плечо почти касалось моего.
— Что? — отозвался Клэй с другого конца стола. Шумные разговоры, смех, звон посуды — все разом стихло, поглощенное звенящей тишиной.
— Судя по всему, это набор... «Сделай свой собственный фаллоимитатор», — повторил Гейб, уже с нарастающим недоумением, разглядывая красочную коробку в своих руках.
— Их тут... десять штук, — добавил Том, заглянув в глубину коробки. Его голос прозвучал так, будто он обнаружил там боеприпасы.
— Ты это серьезно? — фраза Терона прозвучала так, будто он отказывался верить, что кто-то в здравом уме и твердой памяти мог додуматься до такого.
— Ну, ты же у нас мастер на все руки, любитель всё делать сам, — поддел его Джимми, пытаясь вернуть в воздух каплю легкости. — Должно же это тебе понравиться. Новый вызов.
— И что, по-твоему, возведение несущих стен и... изготовление фаллоимитаторов — это сопоставимые виды деятельности? — Терон закатил глаза с таким драматизмом, словно играл в шекспировской трагедии. Он с хрустом сжал костяшки пальцев левой руки — жест, больше подходящий для подготовки к бою, чем к рукоделию. Хотя, кто его знает, что потребует от нас этот набор.
— Погодите-ка! — Клэй отодвинул стул с резким скрипом и опустился на корточки рядом с роковой коробкой. Его длинные, волнистые волосы, растрепанные дневной жарой, спадали на глаза. Он вытащил один набор и поднялся, встряхнув коробку в руке. — Я видел обзор на такое в TikTok. Это набор для лепки. Специальный порошок, форма...
— Что ты имеешь в виду? — Терон наклонился вперед, его мускулистое тело напряглось от любопытства.
— Я имею в виду, что мы делаем фаллоимитаторы... в форме наших собственных членов, — объявил Клэй, и его лицо озарила озорная, почти бесовская улыбка, подчеркнутая предательскими ямочками на щеках.
Терон и Гейб синхронно вскинули руки вверх, как гангстеры из «Клана Сопрано», сдающиеся ФБР. Жест был настолько комичным и отчаянным, что у меня внутри всё сжалось от смеха и ужаса одновременно.