— Эй, это нечестно! У Терона уже было два вопроса подряд! — Карсон поднимает палец, как школьник на уроке. — Правила есть правила. Тебе придется снова вращать бутылку, Элли.
— Конечно, — она опускает взгляд на бутылку, но я успеваю заметить, как алеет ее шея, и уловить легкую, почти неуловимую дрожь в ее пальцах, когда она тянется к стеклу.
Эти откровенные разговоры явно действуют на нее. Наша милая, невинная девственница… но черт возьми, она явно возбуждена. Возбуждена и смущена одновременно.
И не только это. Присмотревшись, я вижу в ее глазах не просто любопытство. Там есть искра настоящего, неподдельного интереса. Возможно, она даже немного… соблазнена этой атмосферой, этой игрой, этой raw, мужской энергией, что витает в воздухе.
Черт возьми, как же я надеюсь, что она хочет поддаться этому искушению. Хоть чуть-чуть.
Я мог бы сделать так, чтобы ей было хорошо. Не просто хорошо, а так, как она, возможно, и не представляла. Я мог бы заставить ее почувствовать себя настоящей богиней, которой она, без сомнения, и является — желанной, могущественной в своей уязвимости и абсолютно прекрасной.
Уважаемые читатели, не забывайте, чем чаще вы ставите звездочки, тем чаще выходит новая прода!
Глава 6.
Я не одинок в своих чувствах. Окидываю взглядом комнату, изучая соперников, и нахожу еще девять мужчин, достойных этой награды. Как метко заметил Клэй, здесь собралась десятка лучших, и теперь остается лишь гадать, кто из нас удостоится выбора Элли.
А что, если она не захочет выбирать кого-то одного? Возможно, ей захочется воплотить в жизнь мою дерзкую идею. Немного «два на одного» может быть очень даже весело. Лично я дальше таких фантазий не заходил, но знаю парней, у которых был подобный опыт. Даже профессионалке было бы непросто справиться с форматом «десять на одного», что уж говорить о такой неискушенной девушке, как Элли. Так что рано или поздно выбор ей предстоит.
Мы продолжаем нашу усовершенствованную версию «бутылочки», и я узнаю о размерах и сексуальных подвигах других мужчин такие детали, которые предпочел бы не знать. Забавно, как группа незнакомцев может за столь короткое время стать почти что братьями по оружию. Виной тому — бесконечные исповеди, которые от нас требуют.
Мужчины обычно не откровенничают на такие темы за парой пива в баре или при просмотре футбола. Теперь я знаю об этих парнях больше, чем о некоторых приятелях со школьной скамьи.
Около десяти вечера Элли сладко зевает и потягивается. «По-моему, мне пора спать, — announces она. — Вы, ребята, тут все организовали?»
В ответ раздается одобрительный гул. Элли встает с дивана и направляется на кухню за стаканом воды. В комнате повисает тишина. Все взгляды прикованы к ее изящной фигурке, переливающимся волосам и той особой походке, легкой и игривой, что излучает pure joy. Проходя мимо, она прощально машет ручкой, и мы, как стая голодных псов, провожаем глазами каждое ее движение, пока она не скрывается наверху. Черт, такие шорты нужно либо запретить, либо сделать обязательной униформой. Во мне борются противоречивые чувства.
Лишь когда сверху доносится щелчок захлопнувшейся двери, мужчины в комнате наконец расслабляются.
«Черт возьми, — вырывается у меня, и я качаю головой. — Эта девушка просто...»
«Прямо огонь, — констатирует Джонас.**
«А как она уверенно говорит о сексе, а потом вся алеет? Это чертовски обаятельно, — вторит ему Гейб.
«И как двигается...» — мечтательно закатывает глаза Карсон.
Оливер качает головой, и я на секунду думаю, что он сейчас осудит нашу откровенную оценку, но он лишь говорит: «Она и впрямь нечто особенное».
«Умная», — начинает перечислять Том, загибая палец.
«Милая», — произносит Рассел, и мы все разом поворачиваемся к нему. За весь вечер это, кажется, первое его слово.
«Забавная», — добавляет Клэй.
«То есть, обладает чувством юмора», — уточняет Стефан, конечно же, намекая на нашу более раннюю беседу.
«Девственница», — наконец выдает Джимми, озвучивая то, о чем большинство из нас молча думало.
«Но как? — не удерживаюсь я. — В смысле... Ну как это возможно?»
«Понимаю, чувак, — Джимми закидывает ноги на стол, расслабляясь в чисто мужской компании. — Удивительно, что это до сих пор не стало общим знанием».
«А я думаю, это здорово, — вступает Том. — Что и говорить, в мире полно придурков. Если Элли умеет их отсеивать — что ж, больше чести ей».
«Но какая это потеря! — Джонас вскакивает и жестикулирует с страстью, которую я полностью разделяю. — Столько удовольствия, которого она была лишена!»