Следующий — Рассел. Ветеран. В его профиле чувствуется выправка. Коротко стриженные темные волосы, твердый, как гранит, подбородок. А глаза... зеленые, как лесная чаща, в них смешались стальная решимость и глубокая, неизбывная задумчивость. Я закрываю глаза на секунду и представляю его руки — огромные, грубые, покрытые мозолями от оружия или работы. Руки, от прикосновения которых по моей коже побежали бы мурашки, а пальцы на ногах непроизвольно сжались бы от смутного предвкушения.
Том — тоже бывший военный, но в нем есть иное, что-то теплое и по-домашнему надежное. Это читается в мягких лучиках вокруг его карих глаз и в короткой, аккуратной бородке, которая придает ему вид зрелого, опытного мужчины, знающего себе цену.
Джимми кажется моложе их всех. Я скольжу взглядом по дате его рождения и замираю: ему всего двадцать четыре. Его кожа, смуглая от солнца, и ясные, бездонные голубые глаза излучают такую мощную ауру здоровья и юношеской энергии, что становится почти жарко.
Джонас — персональный тренер. Я замечаю, что он и Джимми делят одну профессию. У Джонаса — улыбка, способная ослепить, а его слегка кривой, будто бывший сломанным, нос придает его брутальной внешности шарм неуязвимого сорванца.
Оливер и Стефан — следующая категория. Оба занимают руководящие посты в известных рекламных агентствах. Они запечатлены в своих доспехах — идеально сидящих темных костюмах и белоснежных рубашках, расстегнутых на один тщательно выверенный пуговицу. Оливер, самый старший из всего «отряда», в свои сорок один уже оторочен сединой у висков, что лишь добавляет ему лоска. Его темные волосы уложены с безупречной точностью. А Стефан... у него утонченные черты лица аристократа, а в уголках его зеленых глаз затаились лучики смешинок, готовые вспыхнуть очаровательной, располагающей улыбкой.
Замыкают список Терон и Гейб. Оба работают на стройке, и в их облике чувствуется сила, выкованная физическим трудом. Терон, высокий и мощный, с грубоватыми, но выразительными чертами лица. Его темные волосы контрастируют с пронзительными, почти светящимися изнутри глазами, в которых, кажется, можно утонуть. А у Гейба — тёплая, по-домашнему добрая улыбка, которая мгновенно вызывает доверие. Его глаза, цвета спелого меда, почти как у меня, хранят в себе намек на неожиданную мягкость.
Когда я переворачиваю последнюю страницу, по моему телу разливается жаркая волна. Мне становится душно, и я начинаю судорожно обмахиваться папкой с профилями, словно это веер в переполненном зале. Мои щеки пылают так, будто я только что вышла из сауны.
— Что с тобой? — раздается голос Грейс, проходящей мимо моего стола с кружкой, от которой поднимается пар ароматного чая. — Ты выглядишь точно так же, как моя мама во время своих приливов.
— Я не знаю, — лгу я, чувствуя, как горит лицо. — Кажется, заболеваю.
— Влюбилась, что ли? — хихикает она, ловко заглядывая мне через плечо, пока я пытаюсь прикрыть разложенные фотографии. — Я слышала, ты уезжаешь на недельку. На какое-то очень-очень горячее задание.
Я лихорадочно сгребаю бумаги в стопку. Грейс приподнимает свою идеально выщипанную бровь, прикусывая губу, чтобы скрыть довольную улыбку.
— У кого-то в этом месте вообще есть время на любовь? — парирую я, стараясь игнорировать ее намек. — Я сейчас почти не бываю дома, едва успеваю платить за аренду.
— Согласна. Может, нам стоит найти соседа, который работает по ночам. По-моему, про это даже фильм сняли... как он назывался?
— Да уж... Вряд ли. Я бы не хотела делить постель с незнакомцем.
— Звучит как описание большинства твоих субботних вечеров, — вставляет Рианна, проходя мимо с огромной стопкой макетов. — Отличное задание. Я тебе дико завидую.
— Присоединяюсь, это будет настоящее приключение, — похотливо ухмыляется Грейс. — Но у меня есть стойкое ощущение, что за следующую неделю ты наверстаешь упущенное за все годы работы в этой редакции.
— Я просто беру интервью! — говорю я упрямо, чувствуя, как предательский румянец заливает шею. — Насколько захватывающим это может быть?!
На этот раз Грейс приподнимает обе брови и многозначительно смотрит на стопку профилей, которую я безуспешно пытаюсь спрятать в папку.
— Судя по внешнему виду этих мужчин, если ты хоть кому-то из них позволишь, это легко может перерасти в нечто большее, чем просто журналистское расследование.
— Что вы, девочки! Со мной такое точно не случится! Кирсти убьет меня! Журнал вложил в этот проект кучу денег, я не имею права все испортить! Меня отправляют туда за статьей, а не за романтическими похождениями!