Вампирша никогда не собиралась заводить детей. Она же не может забеременеть!
Сородичи вытирали об неё ноги, потому что полукровки бесплодны, бесполезны.
Потому она решила, что ей это и не нужно. Загнала всю боль и обиду за свою неполноценность как можно глубже. В самый дальний ящик, закрыла на замок и выбросила ключ.
У полукровок нет потомства! Так просто не бывает!!!
Кармилла почувствовала, как к горлу подкатывает волна тошноты.
Это унизительно! Это чудовищно! Это… страшно.
Её пальцы, державшие листок, задрожали. Бумага зашелестела, и этот звук показался ей оглушительным в наступившей тишине.
Она посмотрела на Фенечку. Пушистый шар невозмутимо взирал на неё чёрными глазами.
— Проблема? — участливо проскрипел вокодер.
Кармилла открыла рот, чтобы ответить, чтобы выплеснуть всю ярость, всю обиду, чтобы закричать так, что стёкла в этом проклятом отеле лопнут.
Но из её горла не вырвалось ни звука.
Впервые за триста лет жизни она потеряла дар речи.
Глава 10
Стопроцентный шок
Выпив за товарищей, которых с нами уже нет, мы с Беркутом немного помолчали.
Просто смотрели на цифровых рыбок, плавающих на экранах.
Редкий момент покоя в моей безумной жизни.
И, разумеется, он не мог длиться долго.
Раздался настойчивый звонок в дверь. Я посмотрел на коммуникатор, поморщился и нажал кнопку открытия.
Дверь даже не успела отъехать, а фурия уже ворвалась в кабинет.
Глаза Кармиллы полыхали багровыми огнями, и она даже не подумала скрывать свою природу перед моим гостем, хотя понятия не имела, в курсе он её природы или нет.
Ярость определённо вытеснила из извилин способность думать.
Не к добру, блин.
В руке она сжимала какой-то листок, который трясся в такт её жестикуляции.
Я понял, что это и… вот же засада…
Похоже, он выпал из моего кармана, когда пришёл Беркут.
— ВОЛК!!! — её голос взвизгнул бензопилой. — Я ТРЕБУЮ ОБЪЯСНЕНИЙ!!!!!!
Беркут медленно опустил стакан и с интересом посмотрел на неё, потом на меня. В его глазах мелькнул огонёк чистого, незамутнённого любопытства.
— Опаньки, — протянул он. — Кажется, у кого-то проблемы с женским личным составом.
Кармилла проигнорировала его. Она ураганом пронеслась через комнату и ткнула мне в лицо скомканный листок.
— ЧТО. ЭТО. ТАКОЕ⁈ — прошипела она, чеканя каждое слово.
Я взял бумажку и развернул, чтобы убедиться.
Да, всё правильно. Результаты генетического теста.
— Я требую объяснений! — не унималась вампирша. — Немедленно! Что значит «стопроцентная совместимость»⁈ Со всеми⁈ С этой кошкой полоумной⁈ С этой фанаткой мыльных опер⁈ С этой… С МЕНТОВКОЙ?!!!
Беркут подался вперёд и беззастенчиво выхватил листок у меня из рук. Он пробежал его глазами, и седые брови поползли на лоб. Секунду он молчал, переваривая информацию. А потом…
Потом он взорвался.
Такого хохота я не слышал от него никогда. Он ржал, как гиена на амфетаминах, запрокинув голову и стуча кулаком по подлокотнику. Слёзы текли по его щекам, а лицо краснело.
— СТО ПРОЦЕНТОВ! — ревел он, давясь от смеха. — Волк, чтоб меня… Да ты… ты не суперсолдат, ты племенной бычара! Универсальный осеменитель!
Кармилла, услышав это, побледнела ещё сильнее. С учётом смуглого оттенка её кожи, сейчас вампирша стала сероватой. Её волосы, до этого лишь слегка подрагивавшие, начали медленно, угрожающе подниматься, словно змеи, готовящиеся к атаке.
— Да с тобой можно целую страну заселить! — не унимался Беркут, утирая слёзы. — Назовём её Волкостан! А столица будет — Гаремополис! Ты же у нас теперь специалист по этой части! Боги, да ты станешь отцом-основателем новой расы! Расы идеальных, стопроцентно совместимых гибридов!
Он снова зашёлся в приступе хохота, а потом, немного успокоившись, хлопнул меня по плечу.
— Поздравляю, старик! — громогласно заявил он. — Про страну — это я замахнулся. Но с такой-то плодовитостью ты очень скоро станешь прекрасным отцом для целого батальона! Надо же с чего-то начинать, верно? Представляешь, какие солдаты получатся? Сильные, как ты, и… — он окинул Кармиллу оценивающим взглядом, — … и такие же зубастые.
От этого комплимента лицо вампирши исказилось гримасой такого ужаса, будто ей предложили снова хлебнуть крови Лексы. Её волосы зашевелились активнее, кончики прядей начали извиваться и подрагивать.
— Я… я… — пролепетала она, глядя то на меня, то на хохочущего Беркута. — Я убью вас. Обоих. Немедленно.