— Интересно посмотреть, что за пойло они нам состряпают, — пробормотал Пэррет, дожидаясь заказа. — Наверно, такую же химическую бурду, какую делали у нас на корабле.
Напитки были принесены через пять минут. Приятели взяли бокалы и направились к пустовавшим столикам у стены.
Усевшись, они первым делом оглядели раскинувшуюся перед ними панораму космопорта.
— Вот и доказывай после этого, что Млечный Путь — центр Конфедерации! — воскликнул Крип. — Настоящий центр Конфедерации — это Эштей-19!
Пэррет отпил из бокала.
— Водка отличная, — сказал он. — Лучше корабельной в сто раз. Она напоминает мне старую добрую русскую водку, которую я пил в Сибири на курсах подготовки астронавтов.
В баре их появление не вызвало большого интереса — к космическим гостям здешняя публика давно привыкла. Многие сидевшие за столиками пребывали в наркотическом дурмане; некоторые держали во рту или в ноздре конец какой-то длинной трубки и не реагировали на окружающее. Слева от приятелей группа гуманоидов, сидя кружком, смотрела, как в центре их собрания извивается под тихую музыку некое антропоморфное существо, поминутно меняя свою форму. Иногда казалось, что извивается не одно, а два существа — вдруг отрастали дополнительные руки и ноги, которые потом исчезали, чтобы стремительно вырасти в другом месте, а то вдруг появлялась вторая, а то и третья голова, и всё это при том, что сам танец носил характер какого-то сексуального действа. Казалось, что это не танец, а беспрерывное соитие двух тел, у которых конечности исчезали и отрастали так быстро, что невозможно было определить, где чья рука, голова или нога. Кружок зрителей, глядевших на это гипнотическое представление, слегка раскачивался в такт музыке. Но большинство посетителей бара было занято разговорами. До приятелей доносились голоса с соседнего стола справа. Сначала друзья не особенно прислушивались — из обрывков фраз на эсперанто было ясно, что речь шла о безопасных путях, переходе через субпространство, транзитных планетах, товарах, ценах, гостиницах — словом, обо всём, о чём всегда говорят космические торговцы, встречаясь друг с другом.
Но следующая фраза, произнесённая невысоким зеленокожим гуманоидом с непропорционально большой головой, заставила их навострить слух.
— Подумать только, они пожертвовали собой! — воскликнул зеленокожий. — Почти полторы тысячи человек пожертвовали собой, чтобы отвратить от миров Конфедерации страшную угрозу, которую представляли собой эти змееподобные существа!
Общество за его столом разразилось недоумёнными возгласами.
— Как, вы ничего не знаете? — изумился зеленокожий. — Об этом уже несколько часов кричит весь Эштей-19! Здесь стало известно о сообщении, которое было отправлено с крупного звездолёта, летевшего на Мелланону. На гуараумском тракте — то есть, в той части галактики, которая исследована вдоль и поперёк, — они наткнулись на нечто совершенно невиданное! Невиданное и неслыханное! Представьте: их начал стремительно догонять огромный золотистый шар, оказавшийся скопищем змей…
— Змей? — низким голосом переспросил сидевший напротив него рослый гуманоид в рыжем комбинезоне, оставлявшем открытой только его заросшую шерстью голову. — Я летаю по гуараумскому тракту уже пятьсот лет и ни разу ни о чём подобном не слышал!
— Предполагается, что змеи каким-то образом перенеслись в эти края через субпространство, — включился в разговор гуманоид с одним глазом. — А иначе откуда бы им взяться? Эта галактика, действительно, изучена досконально, здесь никогда ничего подобного не было.
— Вы правы, сударь, — согласился зеленокожий, — вы совершенно правы. Галактика, в которой мы находимся, является одной из самых изученных в Конфедерации, а гуараумский тракт пролегает по самым её оживлённым областям, проходя мимо тысяч цивилизованных планет. Змеиный рой никак не мог оставаться здесь незамеченным. Ясно, что он появился недавно.
— Так что же всё-таки произошло на тракте? — нетерпеливо спросил кто-то из собеседников. — Уж если начали, то рассказывайте!