- Это каким образом?- поинтересовался уже полковник Строев.
- Тоже окруженцы и Вам придется принять их под свое командование,-говорил он и кивал головой как бы подтверждая, что возражать не стоит,- и уже вместе с ними выходить из окружения....но сначала Вы, вместе с пополнением проведете рейд по тылам противника....
- Сначала нужно выйти с окружения, потом встретится и лишь тогда поговорим о рейде,- очень серьезно, уставшим голосом произнес начальник штаба Микулич.
- Из кольца вражеского оцепления мы уже вышли,- уточнил Клебанюк,- хоть сейчас мы еще находимся на временно оккупированной территории, но здесь Вас уже никто не ищет. Но нужно отойти от этого места чуть дальше...так нужно,- уточнил он.
Подошёл Пряхин, молча за руку поздоровался со всеми:
- Андрей, боеприпасы нужны,- как бы даже буднично произнес он.
- Винтовочные будут после обеда. Много не обещаю, но по сотне патронов на винтовку достанется.
- И это хлеб,- промолвил Пряхин,- а на пулемет?
- И на пулеметы останется, по пару лент точно будет.
- Андрей,- не унимался Пряхин,- гранаты нужны...
- Два ящика наших и столько же немецких...
- Мало,- продолжал гнуть свою линию капитан, Павел Анатольевич Пряхин.
- Паша,- возмутился Клебанюк,- мы и это от себя отрываем, ты думаешь просто было провести операцию по выводу Вас из того дерьма в которое Вы попали? Да еще незаметно перед самым носом у противника, а накормить, а раненых почти 400 человек...
- Товарищи командиры,- вмешался полковник Строев.
- Простите товарищ полковник....накипело,- стал оправдываться Клебанюк,- устал...
- А Вы что скажете товарищ капитан Пряхин?- глядя на него более строго поинтересовался полковник Строев.
- Товарищ старший лейтенант Андрей Клебанюк, прошу простить меня,- как то уж очень официально произнес Пряхин,- что то последнее время вымотался. Андрей не сердись, ладно?- и протянул руку для примирения.
- Все проехали,- ответил Клебанюк пожимая руку Пряхину и тут же добавил,- нервы блин, лечиться мне пора.
- После войны лечиться будете, а пока доступно только выспаться,- примирительно произнес подполковник Микулич.
***
Гриша Воронин: После "большого боя" их передали в подчинение дивизии. Это ощутили все и сразу.
- Все выперли нас осназовцы. В дивизию передали,- бурчал сержант Митин.
- Откуда знаете?- поинтересовался Гриша
- Курятину больше не дают,- с сожалением произнес он,- завтра всех нас по дивизии разбросают. Такой боевой батальон,- сокрушался он,- вредители ити ихню...
- Зачем это делают?- не понял Гриша
- Говорят у нас опыт боевых действий большой. Мля, какой к черту опыт?
- Так учили же нас воевать,- не сдавался Гриша
- Чего учили? Засады устраивать да в землю закапываться?
- Так я раньше и этого не знал,- честно признался Гриша Воронин.
- А ты кем служил?
- Конюхом в хозвзводе...
Расформировали их "боевой батальон"... всех рассовали кого куда. Командиром у Гриши стал младший сержант Емельянов у которого "боевого опыта"... никакого не было совершенно. Выдвинулись они к какому то перекрестку:
- Вот этот перекресток мы должны оборонять,- сообщил всем Емельянов,- отрыть ячейки!- и все больше ничего...как копать? где? откуда немца ожидать?
- Товарищ младший сержант,- обратился к нему Гриша,- Вы забыли указать где копать, откуда немцев ожидать...
- Ты чего самый умный?- тут же на него наехал сержант.
- Нас в осназе не так учили,- неожиданно даже для самого себя огрызнулся Воронин.
- Ты это,- сразу стушевался Емельянов,- если знаешь как - скажи.
- Если нам нужно задержать немцев на этом перекрестке тогда нужно выкопать траншею вон там, там и вон там,- указывал он рукой,- запасные чуть дальше, где то там.
- Большие траншеи копать?- поинтересовался кто то из бойцов.
- Нет, шагов шесть-восемь в длину с ячейками для стрельбы и ходом для отступления.
- Это как?
Гриша взяв прутик и начал рисовать:
- Вот перекресток. Траншеи должны быть отрыты здесь, здесь и вот здесь. Это траншея,- продолжал он рисовать прутиком на земле,- она служит для скрытного передвижения, а вот ячейки для стрельбы. Если тебя заметили и начали стрелять, меняешь ячейку передвигаясь по траншее. Если всю траншею начали обстреливать, тогда вот здесь должен быть отрыт ход, для незаметного перехода в другую траншею.
- Ясно, а как глубоко копать?
- Траншею до подмышек, а эвакуационный ход по грудь. вот здесь должен быть поворот. Если враг будет применять артиллерию, тогда глубина траншеи в некоторых местах должна быть около двух метров.
- Ого...
- Вот тебе и ого...жить хочешь?
- А то...
- Тогда зароешься,- и с улыбкой добавил,- все что из траншеи будет выглядывать немец и отстрелит.- Вот не догадывался Гриша, что услышав такое "заверение" от бывалого бойца, которого обучали в осназе красноармейцы так проникнутся:
- Вы чего выкопали? Как Вы из этого по врагу стрелять будете?,- возмущался он стоя над ямой глубиной метра в два с половиной в которую превратили свой окоп три очень жизнелюбивых бойца...
- Так Вы же сказали,- говорил один из бойцов,- "все что выглядывать будет - отстрелят"...мы вот подумали..,- за него продолжил другой:
- Как не крути всегда голова выглядывает, вот мы и...
- Бл.ть половину закопайте обратно...а где ячейки?, а ход для эвакуации?..
И как то так само собой получилось, что бойцы больше Гришу слушали, чем младшего сержанта Емельянова.
- На дороге яму выкопать нужно,- развивал мысль Гриша,- и замаскировать.
- Зачем?- не понял Емельянов
- Немцы будут ехать, передними колесами в яму попадут машина остановится,- посмотрел на Емельянова и продолжил,- по неподвижной мишени стрелять удобней, да и фактор неожиданности....а от ямы, вдоль дороги нужно пару растяжек установить.
- Пару чего?
- Бл.ть, растяжек...в землю колышек вбиваем, к нему гранату привязываем, у гранаты усы разгибаем, а к кольцу веревка, чтобы ее враг зацепил...ясно?
- Ну в общих чертах да. Посмотреть бы...
Первую растяжку Гриша демонстративно, с объяснениями установил сам.
- Запоминайте где растяжки ставите, а то потом сами и нарветесь.
Так они простояли еще день маскируя укрытия, а потом появились немцы. Впереди ехал броневик, а за ним три мотоцикла с колясками.
- Едут....- волнуясь промолвил один из бойцов нервно сжимая винтовку.
- Ну и пусть себе едут,- безразлично ответил Гриша,- дальше ямы не пройдут.
Так и вышло. Броневик передними колесами провалился в замаскированную яму. Выпрыгнувшие из него немцы нарвались на растяжки, в это время красноармейцы дружно дали залп, потом второй, третий и так у них получилось удачно, что немцев почти не осталось. Одиночки пытались отстреливаться, но и их скоро успокоили. Бой как бы закончился но с окопов бойцы вылезать боялись, вдруг где враг затаился или подранок.
- Ну что? Пошли потихоньку,- промолвил Гриша к соседу по окопу,- зачистку проведем,- и начал вылезать. Боец к которому обращались глубоко, даже можно сказать обречено вздохнул и последовал за ним.
Возле броневика обнаружили несколько подранков, которых Гриша демонстративно добил штыком, чем ввел своего напарника по "зачистке" в ступор. Он смотрел на него широко раскрытыми перепуганными глазами и не мог вымолвить ни слова:
- Чего смотришь? Ты думаешь он бы тебя пожалел?- ехидно сказал ему Воронин,- ага жди, держи карман шире. Он пришёл тебя убивать и жалости к нему за это нет!