Продуктовую машину, оказавшейся нашим ГАЗ-АА взяли без лишнего шума. Погрузили в нее три миномета с расчетами по 3 человека, по 20 мин и они отправились занимать присмотренные позиции. Корректировать огонь я решил по квадрокоптеру, а с минометчиками отправил человека со спецназа с рацией. В общем постреляли. Не знаю как немцев, а меня не впечатлило. Нифига не видно, взрыв без звука, куда попал определяешь приблизительно… куча пыли — все.
Обучение красноармейцев и командиров начали с изучения французской винтовки Бертье образца 16 года, которой их всех вооружили и пулемета MAC M1924/29. Командиров вооружили револьвером Лебель и автоматом MAS 38, так же выдали 200 штук разных гранат.
Утро начиналось с пробежки и зарядки, потом завтрак и развод на занятия по правильному окапыванию, умению соорудить блиндаж и противоартиллерийские щели, основы саперного дела, действие в составе двоек и троек, стрельба, оказание первой медицинской помощи, особое внимание уделяли танковой обкатке. Сначала боец проползал под стоящим танком, потом танк заводили и проползанное повторялось, и лишь после этого над лежащими в цепочку бойцами проезжал танк, изучали его слабые и сильные места, рассказывали и показывали места, где во время марша немецкие танкисты обычно закрепляют канистры с бензином, как их поджечь, многих садили в танк, чтобы сами определили степень обзора из железной коробки.
Артиллеристы, занимались со 105 миллиметровыми легкими полевыми гаубицами (10,5 cm leFH 18), других у нас просто не было, но там было другое… у артиллеристов мы обучали своих, из новичков подразделения Валерия. Учились быстро разворачивать и сворачивать орудия, корректировке огня, без боевых стрельб, слаженности и быстроте действий.
Пограничников обучали по аналогу нашего спецназа, рукопашный бой, захват языка, стрельба из револьвера с двух рук в перекате, а вот снайперская стрельба, читание и запутывание следов, маскировка оказались излишними, это пограничники умели делать не хуже наших.
Вечерами организовывали просмотр учебных и художественных фильмов о войне.
Ремонтников, летчиков, артиллеристов и танкистов все же пришлось устроить в Андрейках в казарме. Им говорили — «на секретной базе» и этому были причины, большое количество ремонтируемой техники, которую еще нужно было изучать и наличие мастерской.
— Товарищ воентехник второго ранга, как обстоят дела с ремонтом? — спросил Валерий Александрович.
— МиГ-3 отремонтировано 5 штук, работаем над шестым, но там проблема с двигателем, пока не ясно. «Мессер» — в рабочем состоянии. Как Вы и распорядились — ему заменили вооружение, поставили с МиГ-3, перекрасили и нарисовали звезды, но не знаю, — мотнул головой, — не знаю как к это отнесется командование, — отвечал Ивлин, — готовы две «Чайки», на подходе третья, но это все, больше работать не с чем. По У-2, как Вы и приказали переделали и зашили кабину, установили автомобильные двери, пулеметы, держатели для бомб и направляющие для РС. Ребята которых Вы направили обучаться летному делу на них уже летают.
— Хорошо, что с летчиками, изучают технику? Новые приемы ведения боя?
Ивлин начал улыбаться и ответил с иронией:
— Они начитались формуляров, насмотрелись фильмов и настолько прониклись, что вырезали себе самолетики и тренируются, они и в туалет ходят парами, чтобы взаимодействие и понимание было лучше.
— Переправлять их пора. Нечего им здесь делать. На фронте их место. Утрясем формальности и в бой.
— Павел Леонидович, — спросил у военинженера 3 ранга Дёмич, — расскажите что у вас?