— Скорее всего это старший лейтенант Пронин, — решил блеснуть эрудицией разведчика майор Путилин, — из разведывательного управления Генерального штаба, он вчера был у нас в штабе дивизии. Встречался со мной и начальником штаба, — продолжил он обращаясь к особисту и представителю политотдела.
— Да, точно они разведчики, вернее они часто говорили «разведывательно диверсионная группа», и люди у него явно специалисты, у нас это все сразу заметили, при чем с боевым опытом — подтвердил Пряхин, и посмотрев на часы добавил, — Скоро будут немцы.
И в это время отозвался находившийся здесь же телефонист:
— Товарищ старший лейтенант, старшина Бородач, — сообщил связист, подавая трубку.
— Пряхин слушаю.
— Они идут, хе хе, — непонятно от чего был так весел Бородач, — ты не поверишь, они идут так как предсказал «товарищ командир», — радовалась трубка, голосом старшины пограничника, — впереди разведка на семи мотоциклах и броневик, а дальше, отстав метров на 200 — танки в два ряда, всего шесть с половиной пар. Ха ха ха, как раз так как и предусмотрели, прям песня, расстояние между машинами 20–30 метров, аккурат под фугасы, а дальше пехота на машинах.
— Колона длинная?
— А фиг его знает, — ответил Бородач, — дальше все в пыли не видно, но длинная, поболее, чем заложено фугаса.
— Хорошо, что там с лейтенантом Махмутовым и его людьми?
— У меня, вот рядом сидит. Пощипали его знатно, всего около 30 человек вышло, остальные пока неизвестно. Орудия сам понимаешь больше нет, а вот артиллеристы целы, ранены, но целы.
— Хорошо. Пусть будут у тебя. Конец связи.
Для Путилина, да и для прибывших с ним из штаба дивизии представителей такая боевая работа была чем то запредельным. Обычно все волнуются, мечутся из стороны в сторону, а здесь, никакой суеты, даже радость, что дождались и новое — они оказывается, чуть ли не заранее знали как и в какой последовательности будет наступать враг.
— Пряхин, это Вы только что с кем разговаривали? — спросил Путилин.
— Это, товарищ майор, наш начальник разведки старшина пограничной службы Бородач. Лихой парень. Его ребят эти разведчики по отдельной программе обучали и на многие задания он с ними ходил, грамотный и опытный человек, — расщедрился на похвалу он.
— А сейчас он где?
— На дальнем посту. Это километра полтора-два впереди и левее, там бугорок и рощица небольшая, хорошее место для наблюдения. Он будет сообщать об изменениях в обстановке.
— А когда Вы намерены дать команду к действиям? — поинтересовался представитель особого отдела.
— А зачем ее подавать? — не понял Пряхин, — там саперы есть, они точно знают где фугасы и когда их нужно подрывать для достижения максимального эффекта и нанесении более значительного урона врагу. Я же сейчас осуществляю общее руководство. Свою основную работу мы сделали при подготовке, а сейчас — сейчас экзамен и мое вмешательство понадобится только в экстренном случаи при возникновении нестандартной ситуации. А пока нам лучше приготовиться, закрыть уши и широко открыть рот, — сказал он с улыбкой, при этом действительно вытянул из нагрудного кармана ватные шарики и вставил себе в уши.
Сначала вздрогнула земля, а потом раздалось перекатистое бабабабабах — все на секунду замерло, а потом послышался частый ружейно-пулеметный огонь, среди которого были слышны и выстрелы из орудий.
— Ну вот, началось, — как то буднично произнес Пряхин, — вынимая из ушей вату, — если хотите можете посмотреть что там происходит, — спокойным голосом продолжал он обращаясь к представителям дивизии и когда увидел, что они как бы согласны, но колеблются:
— Красноармеец Ставров, — проведите представителей дивизии, на наблюдательный пункт.
На НП картина боя была представлена в куда более полном объеме. Начало колонны уже было, вернее уже не было, танки, машины и непонятно что в искорёженном виде находилось на дороге, валялось в кювете. Некоторые, единичные экземпляры дымились на поле, было очень много трупов в немецкой форме. Вражеского сопротивления почти не было, только вдалеке где не были заложены фугасы шёл бой, но какой то вялый. Такого быстрого и как им показалось, легкого разгрома врага они еще не видели.
— Товарищ майор, — обратился к нему подбежавший связист, — Вас к телефону, комдив.
— Куда идти? — спросил он у бойца.
— Туда, — показал рукой связист, — идите за мной.
Они снова пришли на командный пункт Пряхина:
— Путилин слушаю.