— Что совсем дыма нет, — удивился кто то из слушателей.
— Почему совсем, немного есть, но стрелять это не мешает и где находится стрелок не указывает.
Распродажа оружия была после стрельб, в основном покупали револьвер и винтовку, автомат нравился, но много он патронов требовал, а в ближнем бою его с успехом мог заменить и пистолет.
— Валерий Александрович, а позвольте полюбопытствовать, — начал из далека майор Губкин, — что это за такие орудия у Вас странные, я не один год служу царю и Отечеству, но чтобы такое — так вижу впервой, да вот и артиллерийские офицеры со мной наверное согласны.
— Андрей Васильевич, Вы в своей жизни имели секреты, тайны, ну скажем мальчишеские, юношеские, тайные свидания с барышнями?
— Ну, а кто же не имел? Я даже нынче имею, — хмыкнул Губкин подкручивая ус, — не понимаю к чему это?
— Андрей Васильевич, Российская Империя, так же как и прочий живой человек, имеет свои тайны и секреты, придание огласки которых нанесет неисправимый ущерб державе и… ну Вы я надеюсь меня поняли? Посему предлагаю разговор на данную тему, — и ладонью показал знак, который в 21 веке означает «стоп», — и как альтернативный вариант хотелось бы обсудить с Вами и господами офицерами план, так сказать завтрашних мероприятий.
— Каких мероприятий? — не понял майор Губкин, — у меня задание заблокировать данный населённый пункт и не допустить присоединение находящегося здесь отряда к основным силам врага и нарушать данный приказ я не намерен, — жёстко ответил он.
— Ради Бога Андрей Васильевич, ничего крамольного у меня и в мыслях не было, я лишь предполагаю, что после нанесения моими экспериментальными орудиями удара по этому аулу-переростку, враг будет деморализован, и мы, совместными усилиями его сможем зачистить, избегая неоправданных потерь. И как говорили еще древние римляне «победителей не судят».
— В авантюрах я участвовать отказываюсь и не допущу участие в сомнительных операциях подконтрольных мне воинских отрядов, — довольно резко заговорил он, и смягчив тон, — в случаи неудачи, помощи мне ждать просто неоткуда, потому окромя тех артиллеристов, что предоставлены Вам помочь ничем не могу, не имею права, — как бы оправдываясь сказал он.
— Да да, — облом в самом начале, — в таком случаи постараюсь обойдусь своими силами, пойду вносить изменения в план действий, честь имею, — коротко кивнул Валерий направился в расположение своего отряда, пройдя совсем немного:
— Валерий Александрович, — услышал он, оглянулся, — подождите, — его догонял сотник Бойченко.
— Да, я Вас слушаю Афанасий Демьянович.
— Я с Вами.
— В каком смысле, — не понял Валерий.
— Иду с Вами на штурм этого аула.
— А как же майор Губкин?
— Так он не мой командир, я здесь как бы сам по себе, направлен в помощь, к тому же у этого хлыща кишка тонка, надоел он мне, все время боится, хотя с виду человек как бы решительный, но только заговори с ним о наступлении, он сразу находит множество причин для отказа, не нравиться он мне, и я решил действовать с Вами за одно, ежели Вы не возражаете.
— Хм интересный Вы человек сотник Бойченко, в таком случаи прошу в мою палатку, обдумаем план действий, у Вас к стати сколько сабель?
— 63, и не совсем сабель, большая часть вооружена пиками.
— Отчего так?
— Казаки у меня в основном из небогатых станиц, где добыча получше, туда более опытные отправились.
— Ясно, в таком случаи у меня имеется для Ваших людей приятная новость, у меня иметься некоторый запас кавалерийских шашек, которые я смогу по сходной цене уступить, — улыбнулся Валерий, — с условием оплаты после взятия аула, другими словами — расчет трофеями.
— Посмотреть нужно, что за шашки Вы нам предлагаете, — стал сразу серьезным сотник, — с казаками посоветоваться.
— Так не проблема, пусть подходят в мой лагерь, там и потолкуем.
— Гриднев, Гриднев твою мать, — вдруг сначала громко сказал, а потом крикнул Афанасий, — ходь сюды, да живо.
К нам приблизился молодой казак.
— Скажи нашим, чтобы направлялись к палатке товарища командира, — сказал он, указывая на меня, — он обещал шашки показать, может кому приглянется.
Через пол часа, у моей палатки собрались все казаки, вертели в руках, доставшиеся нам из польских складов шашки, нахваливали и соглашались, что:
— Хороша шашка то, Василь ты посмотри какое железо доброе, Петро вон им брить бороду собрался.
— Да знатная шашка, — и уже тише чтобы не все слышали, — денег у меня нету.