— Владимир Николаевич я ознакомился с Вашим рапортом, — говорил генерал-лейтенант Бояров Петр Петрович, вернувшемуся майору Свиридову, — и сделал определенный вывод, — продолжая ходить по комнате медленно говорил и одновременно думал их превосходительство генерал-лейтенант Бояров, — мне нужен этот Говоров, который Валерий Александрович, я надеюсь Вы поняли, что я об этом экспериментальном отряде.
— Так точно Ваше превосходительство понял, что Говоров Василий Афанасиевич Вас не интересует.
— Владимир Николаевич, Вы неправильно меня поняли. Как раз этот Говоров меня интересует так же.
— Этот то зачем? Он неисправимый пьяница и баламут.
— Они могут быть родственниками. На сколько мне известно у этого, который наш, батюшка имеет имение где то под Тулой. Если провести параллель с новейшими образцами оружия то… хотя, — тут он задумался, — знавал я Говоровых и с Нижнего… Н-да. Так что Владимир Николаевич, решить эту задачу я поручаю Вам.
— Ваше превосходительство, это очень непростая и сложная задача.
— Потому, милейший именно Вам я ее и поручаю, — и как то хитро посмотрел в глаза майора и сладеньким голосом продолжил, — Вы же прекрасно осведомлены о нашем шатком положении. Я ведь не изловить Вам его поручаю, а пригласить на встречу со всем почтением и уважением, — тут же изменил тон сказал, — Если возникнет такая необходимость, тогда отправьте телеграмму в столицу. Кому то же он подчиняется в конце то концов! Человек, вернее подразделение с легкостью умеющее брать штурмом столь сложные в фортификационном смысле сооружения нам здесь, — он указал пальцем на землю, — крайне необходимо. Отзовите этого с гауптвахты, поспрошайте, отправьте его в отпуск домой в Тулу с наказом отыскать всех своих родственников Александров, у которых может быть сын Валерий, лет эдак до 30. Точно ведь неизвестно и если он с заданием не справиться, — здесь он многозначительно промолчал.
— Разрешите выполнять?
— Да да приступайте.
Глава 5
Столоначальник Канцелярии Министерства Иностранных Дел Русолов Дмитрий Михайлович не спеша возвращался со службы по хорошо знакомой улице. Погода была чудесная, ласковое летнее солнышко и легкий ветерок с Невы делал это маленькое путешествие особенно приятным и полезным для здоровья уже достаточно повидавшего жизнь чиновника.
— Простите, если не ошибаюсь, Вы Русолов Дмитрий Михайлович? — прервал его раздумья взявшийся как бы из неоткуда молодой человек.
— Допустим, — важно ответил тот.
— С Вами желает побеседовать один очень уважаемый человек.
— А если я откажусь и отхаживаю тебя тростью? — с наигранной злостью, прищурюсь и делая зверское лицо, ответил Дмитрий Михайлович.
— Неужели Вы полагаете, что не найдется кто ни будь из случайных прохожих, кто бы заступился за несправедливо избиваемого честного человека? — нахально ответил юноша, при этом склонил набок голову и пытливо прищурив глаза.
Русолов с опаской огляделся. «Случайных прохожих», непременно желающих заступиться за «несправедливо избиваемого честного человека» по близости оказалось как минимум трое.
— Однако, — тихо проговорил он, достаточно струхнув, а про себя начал лихорадочно вспоминать кто же его так невзлюбил и как исправить создавшееся положение, в слух же произнес, — Я весь во внимании, — и полез в карман за платком, чтобы вытереть появившийся пот. Но не успел этого сделать, как быстро оказавшиеся рядом «случайные прохожие» заблокировали руку в кармане, крепко прижав ее к туловищу.
— Не балуй, — услышал он тихий голос у себя за ухом.
— Господа, — еще больше испугался столоначальник Русолов, — это платок, я желаю вытереть пот.
— Отпустите его, — проговорил молодой человек, что и было тут же выполнено и они тут же отошли, — Дмитрий Михайлович, Вы уж извините ради Бога, поверьте они бы не сделали Вам худого, так как Вам мое предложение, о приватной беседе с «уважаемым человеком».