– Понятия не имею, – ответила та. – Мне сообщили ровно то же, что и тебе. Так что нет смысла гадать, ибо с минуты на минуту мы и так узнаем.
Обе фее-ведьмочки стояли сейчас вместе с другими феями в зале, где находилось зеркало перехода, через которое должна была прибыть новая участница ритуала на место Мойры. Бурное перешёптывание, хихиканье и даже ставки на то, сколько продержится новенькая, не прекращались ни на минуту. И, похоже, что её личность была секретом для всех, включая полный состав преподавателей и охранников, за исключением начальника безопасности Палпантина и нового директора, который уже больше месяца занимал свой пост.
Минуты шли, и вот по зеркалу, наконец-то, пошла рябь, словно по водной глади озера во время дождя. Сначала слабо и незаметно, после бурно и, когда уже стало казаться, что зеркало больше не выдержит и вот-вот взорвётся и разлетится во все стороны миллионами похожих на капли осколков, из его пучины вдруг вышла та, кого уж точно никто не ожидал больше увидеть.
Обведя взглядом зал, полный шокированных лиц, Кэт остановилась на тех двоих, кого всё это время она очень хотела увидеть. Именно тех двоих кто, как рассказал следователь, не смотря ни на что, не сдались и доказали её невиновность, тем самым дав ей шанс вернуться. Секунды тянулись медленно, и когда до фее-ведьмочек дошло, что видят они не иллюзию и не галлюцинацию, то, чуть ли не завизжав от радости, кинулись к подруге, которая тоже рванула им навстречу. Никто не успел даже и слова сказать, как три фее-ведьмочки, смеясь, обнялись посреди зала, целиком и полностью наплевав на стереотипы остальных присутствующих.
Кэт же, не скрываясь, плакала и улыбалась от счастья, пока, наконец, не сказала те два слова, которые раньше никогда не имели смысла, но с этими двумя, ставшими очень важными для неё людьми, всё же сумели себя обрести:
– Я дома…
Обложка к книге сделана на заказ художником Николаем Тетерликовым (https://vk.com/club_art_rad)