За окном вечерело. Блеснула молния. И вдруг сквозь раскат грома ему послышалось сначала поскрябывание, а затем и жалобное поскуливание, больше похожее на стон. Напрягая слух, он вскочил. Раздался скрип открываемой двери, и в комнату ввалилась, вся мокрая, его Дуся. Тяжело дыша перегаром, она представляла собою нечто мокрое, облепленное разорванным платьем и растрёпанными волосами.
— Дуняша, милая, что с тобой? — присев перед ней на корточки, выдохнул он. Недвижно распростёршись на полу, она молчала. И в какой-то момент, не выдержав тягостного молчания, наклонился над её ухом и крикнул: — Только не молчи, скажи что-нибудь!
— Изнасиловали меня, — наконец прохрипела она.
— Как это изнасиловали? — ошарашенно выпалил он.
— Очень просто, взяли силой, — всхлипнув, раздражённо ответила она. Облокотившись руками об пол, чтобы не упасть, Стас сел. Голова гудела. Словно сквозь пелену доносился её приглушённый голос: — Я ж тебе говорила, что у моей подружки сегодня день рождения. Немного посидели, поболтали и, конечно же, малость выпили. Правда, закуски не было. Одни конфеты. Вот и развезло меня в трамвае. Только смутно помню, как на нашей остановке два здоровенных парня подхватили меня под руки и потащили куда-то. А вот как мне хорошо было, ясно помню. На всю округу визжала. Кайф неописуемый, намного лучше, чем с тобой, — и она, откинувшись на спину, неистово загоготала. А потом, вытянувшись, тотчас же заснула.
На следующий день, нисколько не испытывая угрызения совести, она как ни в чём не бывало пустилась в разглагольствования о смысле жизни. Наконец, выговорившись, вопросительно приподняла глаза и пролепетала:
— А что тут такого? — и, вперившись блудливыми глазами, бесцеремонно бросила: — Ничего же страшного не произошло. Вернулась же.
Промолчав в ответ, отвернулся Стасик, чтобы не видела она слезы, скатившейся по его небритой щеке.
А как же Дуня? А что может статься с человеком, у которого за душой пустота. Да ничего святого.
После того случая она часто стала отлучаться из дома и возвращаться поздно навеселе. Вкусив запретный плод сладострастия, она с лёгкостью понеслась по колдобинам развратной жизни, как говорят в народе, пустилась во все тяжкие.
А спустя небольшой промежуток времени от воспаления лёгких умер светлый мальчик Филиппок. И разбежались непутёвые родители в разные стороны — кто куда. И началась у каждого своя жизнь.
Много ещё мужиков познала бестолковая и любвеобильная Дуняша, а всё потому, что питала она слабость к сладострастной жизни.
2016 год
Характер и его трансформация
Остерегайтесь тех, кто хочет вменить вам чувство вины, ибо они жаждут власти над вами.
Конфуций
Для современного общества у неё было необычное имя. И была она чертовски хороша, увлекая гибкостью фигурки хрупкой и лукавым взглядом удивительных зелёных глаз.
— Феодора, — скромно улыбнувшись ослепительной улыбкой, протянула она неповторимым тягучим голосом.
— А меня Фёдор, — премного удивившись, поспешно произнёс юноша. И, смущённо взяв её за руку, взволнованно пробормотал: — Может, пойдём погуляем?
— А почему бы и не погулять, — оценивающе смерив его взглядом, бросила она.
Держась на почтительном расстоянии друг от друга, они некоторое время шли молча. В тот вечер, так и не проронив ни одного слова, вскоре вернулись в общежитие.
С того дня запала в душу Фёдора загадочная незнакомка, и никак не выходил её образ из головы, всё надеялся, что вдруг да и сведёт их случай вновь. Но врождённая стеснительность мешала осуществить задуманное — первым сделать шаг навстречу своему желанию. Лишь через месяц встретились они, и то случайно, буквально столкнулись у входа в университет. И забилось трепетно сердце в его груди, и увидел он в её широко распахнутых глазах естественную радость, и, порхнув к нему навстречу, она изумлённо пролепетала: