— Я думаю, нас охватывает чувство скуки и монотонности.
— Ты права. Прямо точку! — И, выдержав паузу, глубоко вздохнул и продолжил: — Однако, как только мы сталкиваемся с чем-то необычным или интересным, например с оригинальным зданием или оживлённым рынком с разнообразием продуктов, наши эмоции становятся более положительными. А это, в свою очередь, влияет на наше восприятие и поведение, делая нас жизнерадостными и активными. Мудрыми были наши предки, создавая архитектурные шедевры, с намерением влиять на восприятие людей, заставляя задуматься о своём месте в бескрайней Вселенной, успокаивать страхи обещанием вечной жизни и контролировать их поведение даже после того, как они покинут эти места. Почему многие архитектурные сооружения до сих пор привлекают к себе внимание? Может, потому, что великие зодчие стремились создать в своих проектах гармоничное сочетание природы и архитектуры.
Маруся, если мы поймём, что нужно людям, тогда мы войдём в историю архитектуры как созидатели самого прекрасного. Например, интроверты часто ищут пространства, которые представляют уединение, комфорт и возможность личного развития. Экстраверты же предпочитают более динамичные, социальные и вдохновляющие пространства.
Когда родился Макар, Северцевы получили двухкомнатную квартиру в микрорайоне с однообразной постройкой, где вокруг, куда ни кинь взгляд, унылые дома с продуваемыми кривыми улицами, скверами и детскими площадками.
— Вот видишь, насколько невыразительна архитектура таких сооружений. В этом хаотичном и утомляющем изо дня в день царстве стекла и бетона запросто можно и заплутать.
Спустя год после рождения первенца на свет появились двойняшки: мальчик Степан и девочка Русина.
ГЛАВА 5. ЗРЕЛОСТЬ
Стремительно шли годы без ссор и печали. А когда оглянулись, даже не поверили, что целая жизнь пролетела, как одно мгновение. Одна радость — дети, которые выросли смышлёными и образованными. Грех было жаловаться. Макар пошёл по стопам родителей — стал архитектором. Степан, окончив высшее артиллерийское училище, служил на Дальнем Востоке. Русина выучилась на врача, работала хирургом в одном из ведущих военных госпиталей страны.
— Все дети как дети, а наши — лучше! — с гордостью любил повторять Егор.
— Они же дети своих родителей, — довольно приподнимая уголки прекрасных губ в лучезарной улыбке и спокойно устремляя на супруга синие глаза, как вечернее небо, соглашалась Мария.
Действительно, как замечали многие, это была уникальная семья. Она была порядочной, благородной, а где-то немного наивной. И чтобы когда-то пожаловаться — это никогда! И самое главное, никаким образом не могла соответствовать той наглости и циничности, царящей вокруг.
Совсем по-другому сложилась судьба у некоторых двоюродных братьев и сестёр, которые оказались не столь успешными, видя порой беспутную жизнь. И дело было здесь не только в воспитании, которое, конечно же, имело важное значение, но и в генетических особенностях, передаваемых по наследству. Таким горе-родителям хотелось, чтобы их избалованных недорослей всегда кто-то опекал и уму-разуму наставлял, но только не они сами.
— Вот если бы ты, Егор, или ты, Мария, находились рядом и следили бы за ними, а ещё лучше своим примером показывали, что можно делать, а что нельзя, тогда с вашими братьями и сёстрами ничего бы и не случилось, и вряд ли они попали бы в плохие компании, пристрастились бы к алкоголю и угодили бы за решётку, — часто говаривали мамаши своих непутёвых деток.
— Вы что, предлагаете нам всю жизнь ваших отпрысков опекать? — как-то, не выдержав упрёков, выпалил Егор. Но, одумавшись, внезапно замолчал, но про себя подумал: «А где пример родителей? Чему хорошему можно научиться, когда в семье постоянно звучит брань, когда ни одно даже маломальское застолье не обходится без распития алкогольных напитков. А ещё хуже, когда в это дело вовлекаются дети. Если человек умный, то в воспитании своих детей он идёт не по наитию — куда кривая приведёт, а своим положительным примером будет показывать, как надо жить в гармонии с окружающим миром, как преданно и нежно любить своих родителей, мужа или жену. И тогда, лет так через двадцать, мы увидим счастливого человека, которому есть дело и до нас.
— А ну-ка, шпана, шмеликом сгоняйте-ка за бутылкой, — сунув деньги в руку мальчишки, в один пропятой голос прохрипели отец с матерью. И бегут же дочка с сыном безоговорочно выполнять волю бездумных родителей. Это ещё ничего по сравнению с тем, что пришлось услышать ребятне, вернувшейся из магазина: